Картежник 4. Вскрываем карты!

Это я к тому, что вряд ли когда узнаю все перипетии, творящиеся в высших сферах власти. Там Сенат, Дума, при царе придворная камарилья и всяк «сверчок» норовит занять шесток повыше, сожрав конкурента едва ли не в прямом смысле. Это они называют «высокой политикой».

Ну все, прочь из головы всё лишнее! Если человеку не дано объять необъятное, займемся делами насущными, коих у меня, в связи с грядущей едва ли не апокалиптической бойней, невпроворот.

Для поднятия настроения запел Марш веселых ребят из одноименного фильма, вариант, слегка опошленный моим глубоко уважаемым наставником Ильёй Борисовичем Ананьевым:

- Легко на сердце от водки дешевой,

Она скучать не дает никогда.

И любят водку деревни и села,

И любят водку большие города…

Виталий Павлович Казначеев был вне всякого сомнения удивлен, увидев меня без автомобиля. Однако глупых вопросов не задал. Помог устроиться в отправляющемся в столицу Приморского края эшелон с очередной партией угля. Около семи вечера таксомотор подвез меня к воротам усадьбы.

В окнах большого дома кое-где горел свет. Значит, меня ждут и, может быть, волнуются за меня. От этой мысли на душе стало тепло и приятно. Как-то незаметно все треволнения уходящего дня отошли на задний план, а потом и вовсе стерлись из памяти.

Глава 4

Глава 4

- А, привет Илюха! Заходи. – Наставник по совместительству истопник детского дома имени Ф.С. Чумбарова-Лучинского встретил меня немного навеселе. Причиной тому была ополовиненная чекушка водки. На столе традиционный «натюрморт»: упомянутая емкость, граненый стакан и немудреная домашняя закусь, состоящая из нескольких картофелин в мундирах, нарезанных кусочков соленого сала, пучка перьевого лука, огурцов бочкового посола и горбушки ржаного хлеба.

- И что? – заподозрив неладное, спросил я.

- Как что? Ты – мой ученик, я – твой… как это?... ага, вспомнил!... сенсей. Короче, нужно изловить тварюгу и свернуть ему шею, чтобы неповадно было срать в чужую обувку.

- Как это свернуть шею? – К черному как смоль котяре, проживавшему при котельной, я особо добрых чувств я не питал, поскольку несколько раз был им оцарапан при безуспешных попытках наладить близкий контакт, а один раз даже укушен. Но тут уж сам виноват – нечего было лезть к полудикому животному.