Ученик Мрака

Ты так уверенно меч на меня нацелил. Я решил, что ты хочешь со мной потягаться. Ну и объяснил. На практике. На кой чёрт хвататься за оружие, которым ты не умеешь пользоваться, а твой противник владеет в совершенстве?

В совершенстве, значит. Мечом. В мире, где огнестрельное оружие достигло той ступени развития, что обеспечивала легкость, удобство, минимальный шум? Больной, точно.

— Умойся, — приказал Мрак, отпуская его руку и отходя в сторону. — У тебя всё лицо в кровавых разводах.

Санька, постепенно возвращая себе контроль над телом, механически умылся ледяной водой.

— Иди сюда, я, всё-таки, порез склею, — подозвал его наёмник нетерпеливым жестом. — Ты раны умеешь обрабатывать, кстати?

— Ну да, — отрешённо кивнул Саня. — Перекисью, йодом…

— А. Ну, тогда я тебе сейчас края склею, потом можешь йодом художественно оформить, — усмехнулся Мрак.

Действовал он сноровисто, быстро, аккуратно. На обработанную рану лёг пластырь, надежно защищая её от грязи и новых повреждений. Саня все это время стоял, как немая статуя, не чувствуя в себе сил побороть слабость и выдать связный текст.

— Иди, присядь, — вновь в командной форме произнёс Мрак. — Да не на стул, на диван. Свалишься ещё, чего доброго. Какие мы, оказывается, нежные.

— Прекрати издеваться, — резко бросил Санька, ощущая постепенно накатывающую злость.

— Я тебя не бил, — хмуро отозвался Мрак. — И уверен, что боли не причинил. Незачем было. Ты не сопротивлялся. В глазах паника и отчаяние. Мышцы стиснутые, не пластичные. Такими не ударишь нормально. Только и требовалось, что поддеть и помочь. Больно, Сань, это как тогда, в переулке. На тренировке может быть больно. Но не потому, что я хочу тебе боль причинить, а потому что ошибки часто оборачиваются болью.

Санька без сил рухнул на диван, а потом откинулся на спинку и прикрыл глаза. И внезапно ощутил прикосновение холодного стекла к пальцам.

— Выпей, — пояснил наёмник в ответ на его недоумевающий взгляд. — Тут виски. Немного. В голову не ударит. Согреет и шок снимет.

— Спасибо, — Санька с сомнением разглядывал Мрака, не веря до конца в бескорыстие проявленной заботы. Детали не складывались в цельную картину.