ИЗГОНЯЮЩИЙ

ИЗГОНЯЮЩИЙ

Дмитрий Орлов

Эпизод-1. «Наследство — чтоб его»

«ИЗГОНЯЮЩИЙ»

Эпизод-1. 

«Наследство — чтоб его»

Нэй с большим трудом раскрыл глаза, голова жутко болела, и казалось, вот-вот расколется. Который раз он говорил себе, что больше не будет смешивать напитки, но как обычно все пошло не по сценарию. Очередная Марта, Клава или как ее там звали, спутала все карты, и теперь расплатой ему были, работающие в голове молотобойцы.

Десять лет назад, когда ему было одиннадцать, его отыскал дядя, очень состоятельный человек, и жизнь Нэя кардинальным образом изменилась.

Сосредоточив взгляд на приближающемся мужчине, Нэй узнал в нем попечителя. Его обычно кислая рожа сегодня просто сияла доброжелательностью.

— Чего ухмыляешься, рад, что у меня башка болит? — прошептал Нэй, и скривился от боли.

Говорить громче он не мог, и даже простой шепот отзывался головной болью.

— Своих горилл, Томас, можешь отпустить, я, пожалуй, на диване поваляюсь. У вас обезьяны, выходной, я сегодня отсыпаюсь в прихожей, а не в покоях.

Двое охранников стоящие за спиной дворецкого, как обычно не реагировали на слова Нэя, и ждали указаний от своего нанимателя.

— Господин видимо забыл, что ему исполнился двадцать один год, и он должен вступить в полноправное владение наследством, — произнес Томас, с ехидной ухмылкой на физиономии.

— Томас, а ты прав, мне двадцать один, и теперь это все не твое, а мое, — обрадовался Нэй, обведя окружающую обстановку руками.

— Да, теперь это принадлежит вам — сказал бы я, если бы вы, вчера в шесть вечера, но не позднее семи, подписали договор о вступлении в права наследника, — продолжая ухмыляться, ответил Томас, вынимая из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое листок бумаги.

— Ах ты, скотина! — бросился на него Нэй, но на полпути его настиг страшный удар в живот, от верных псов Томаса.

Заломив бывшему претенденту на наследство руки, охранники без труда поставили его на ноги.

— Молодой, и теперь уже нищий человек, я вполне могу понять ваше состояние, и совершенно не в обиде на подобное поведение с вашей стороны, — произнес Томас, разворачивая сложенный листок бумаги.