Ученик Мрака

Санька не помнил, когда ещё женщина по доброй воле останавливалась на этой улице, увидев двух мужчин, один из которых явно не в порядке. Но Мрак и на девушку оказал какое-то волшебное влияние.

— Точно всё нормально? — раздался неуверенный звонкий голос. — Может, скорую вызвать?

— Да нет, что вы, — с искренней благодарностью отказался Мрак, поддерживая Саньку, который всё никак не мог вдохнуть. Боль, взорвавшаяся в районе солнечного сплетения, ослепила, и Саня изо всех сил держался, чтобы не застонать.

— Осторожнее, здесь очень неблагополучный квартал, — сочувственно бросила девушка и поспешно удалилась. Едва прохожая скрылась за домом, Мрак резко убрал руку, позволив Саньке, наконец, рухнуть на мокрый асфальт.

Вот теперь Саня негромко застонал. Он был уверен: не сдержись он минутой раньше, Мрак нашел бы способ его заткнуть. Скорее всего, неприятный способ. Наёмник спокойно курил, глядя на Саньку, скорчившегося от боли у него в ногах.

— Долго валяться собираешься? Твоё время идёт.

Санька ничего не ответил, лишь попытался втянуть воздух сквозь зубы. Он не раз пропускал удары в драке, но наёмник пробил сильно и точно, сконцентрировав боль в одной точке. Мрак бросил окурок на покрытый тонким слоем воды асфальт и гораздо резче потребовал:

— Вставай. Или тебе подробнее объяснить?

— Не надо больше, — сдавленно пробормотал Санька, пытаясь подняться, — пожалуйста. Я… понятливый.

— Не заметно, — хмыкнул Мрак и, подхватив его под руку, помог встать.

— Что?..

— Телефон, говорю, гони. У меня полежит. Не переживай, верну в целости и сохранности. А тебе сейчас говорить не с кем.

Санька, не желавший вновь нарваться на объяснения, вытащил свой недавно приобретенный по дешёвке аппарат.

— Отлично. Давай, топай домой. Я жду тебя.

— Где машина? — отрывисто спросил Саня, неуверенно сделав несколько шагов. Мышцы болели нещадно.

— Где сказал. На проспекте. Я же не идиот, чтобы бросать дорогую тачку в вашем гадюшнике. Сам доберёшься?

Саня кивнул, морщась от боли.

— Ну, вперёд, — подбодрил Мрак.

Наёмник проводил его до выхода из переулка. Дальше Санька пошёл один, медленно и осторожно преодолевая дорогу до трущоб, где он снимал комнату. Ему не раз приходилось возвращаться домой после стычек, едва не ползком, избитым и окровавленным.