Оставить позади

 Сейчас Антая и Сашка, весело смеясь, плещутся в озере, а я сижу на берегу и смотрю.

 Она нисколько не скрывала, что играет с нами обоими. Она, действительно, играла, она не любила никого из нас, она любила наше общество. Хватало ли нам этого? Мне — нет. Я не хотел делить её ни с кем, но она лишь смеялась и грозила мне тонким пальчиком, приглашая в очередную свою игру.

 А я бездумно повиновался. Очарованный, словно сильнейшим заклинанием, но на самом деле я был очарован лишь ею.

 Первое, что я увидел, когда открыл глаза — это лицо вампира, который меня и атаковал.

 Странно. Куда логичнее было бы увидеть брата или Антаю…

 — О, неужели ты пришёл в себя? — прозвучал насмешливый голос.

 — Почему я жив?

 — Потому что ты не Слуга, хотя ещё и не Аристократ, но в любом случае заклинание уничтожения столь низкого уровня на тебя не подействовало, — терпеливо пояснили мне.

 Я дёрнулся и сел. Яркая, обжигающая мысль заставила меня забыть про боль: «Где Саша?»

 — Он жив, не дёргайся, — иронично усмехнувшись, произнёс Высший в ответ на мои мысли, скорее всего отразившиеся на лице, и отошёл к креслу, но садиться не стал.

 — Нет.

 — Моё имя — Леон Лейкард.

 Леон… что-то завертелось в памяти, совсем близко. Антая точно упоминала его имя.

 — Я — наследник Дома Лейкард.

 Ну конечно, теперь я вспомнил. Я даже вспомнил, что о нём говорила моя госпожа: «Безрассудный мальчишка, глупый, влюбчивый и слишком добрый для будущего правителя, но мне почему-то кажется, что с приходом его к власти многое изменится к лучшему».

 — И ты здесь? Ловишь нас? Не слишком ли, для каких-то сбежавших Слуг?

 — Вы пять лет ускользали от преследования. Так что нет, не слишком, — хмыкнул он.

 — Где мой брат?

 — Я отослал его на кухню.

 — Почему не убил?

 — Ты мне нужен.

 Замечательный переход от основной темы.

 — В каком смысле?

 — Я приглашаю тебя в Дом Лейкард. Официально. Только тебя, ясное дело, твоему брату уже не помочь, и ты это знаешь.

 Я знал, ещё как, но даже думать об этом не хотел. Не сейчас и никогда.

 — Не убивай его. — Мой голос позорно сорвался в середине фразы.

 — Не стану, но при одном условии.

 — Каком?

 — Ты сам убьёшь его, когда он не сможет больше контролировать себя.