Пипец Котёнку!

Срывает пропитанные кровью бинты, умывает лицо. Полагаю, победил.

В комнату заходит Хриплый в сопровождении двух бугаев и девушки в больших очках, одетой в белый халат.

— Х-р-р. Рыжий, тебе целитель нужен?

— Нет.

— Тогда займись Медведем, — приказывает Хриплый девушке, а меня жестом просит подойти.

Бернард Хенрикович падает на стул, а целительница растирает руки и творит лечащую магию. Её ладони окутываются серебристым светом, и раны на лице тренера на глазах начинают затягиваться.

— Хорошее выступление, — Хриплый протягивает мне тонкую пачку купюр.

Молча киваю и убираю деньги в карман. Пересчитаю потом.

— Меня зовут Бердыш.

— Почему? — вырывается у меня.

— Х-р-р. Любопытный, да? Ну ладно, молодой ещё, простительно. Вот это видишь? — мужик проводит пальцем по шраму на горле. — Бердышом рубанули.

— Хренасе. Как же вы выжили?

— Много будешь знать — рано в могилу ляжешь. Слушай, малой, — Бердыш кладет костлявую ладонь мне на плечо. — Мне понравилось, как ты дерёшься. Приходи через пару недель, организуем ещё один бой.

— Он не придёт, — встревает Бернард.

— А это разве тебе решать? — вкрадчиво интересуется Хриплый.

— Да. Он мой воспитанник.

— Х-р-р. Секундочку, — Бердыш внимательно смотрит мне в глаза. — Ты — сирота, что ли, из приюта?

Думаю, отвечать или нет. Что-то в тоне собеседника мне не нравится. Но молчать и притворяться, будто я внезапно оглох, тоже не выйдет.

— Не важно, откуда я. Тренер решит, буду участвовать или нет.

— Вот как. Хороших ты парней воспитываешь, Медведь. Верных.

— Да уж, — Бернард отодвигает целительницу в сторону и встаёт, расправляя плечи. — Тебе таких верных никогда не найти.

— Х-р. Ну ты подумай, Медведь, подумай... Этот твой Рыжий Кот — молодец, — Бердыш крепче сжимает моё плечо, и я чувствую скрытую силу в его худой руке. — Может, я бы срезал тебе часть долга, если снова пустишь его в клетку.

Бернард не отвечает и начинает переодеваться.

— Ты тоже подумай.

Хриплый напоследок треплет меня по щеке, как ребёнка, и уходит.

— Ваша светлость...

— Заткнись, Котов. Ты ни хрена не понял, во что ввязался. И мне проблем добавил.

— Так может, объясните?

— Потом, — Бернард достает из сумки карманные часы и смотрит на них. — Автобус через пятнадцать минут уходит. Поторопимся.