Возрождение Дракона

Сказал, что информация о его грязных делишках всплывёт на совете рода. Ничего страшнее для Петра не было. Он понимал, что за этим последует, и откровенно подмочил штанишки.

— Достаточно, — прошелестел у всех в головах голос Зверобоя, а затем сквозь шелест стеблей все услышали: — Наказание — смерть!

Пётр тут же дёрнулся. Видимо, пытался сопротивляться. Но когда ростки устремились вглубь организма, попытки освободиться переросли в агонию. Женщины отвернулись. Мужчины смотрели, широко распахнув глаза, иногда отводя их в сторону.

Я — внутренне ликовал. Но это было скорее не наслаждение смертью врага, а радость от того, что справедливость восторжествовала. Одним гадом меньше. Пусть для меня он и мелкая сошка, но с чего-то надо начинать. Да и злодеям этим будет яркий пример. Уж к ним-то информация дойдёт быстро.

А для рода Зверобоевых я оказал неоценимую услугу. Выявил гада, который воровал у них под носом и не давал развиваться их бизнесу.

Исчез Зверобой точно так же, как и появился. Он расплёлся на стебли, которые доползли до ритуального камня и окрутили его со всех сторон.

После казни Тимофей Михайлович, проходя мимо, хлопнул меня по плечу:

— Пойдём побеседуем.

Через пару минут, миновав аккуратный травяной холмик с клумбами и беседку с парой качелей, мы зашли в оранжерею.

Огромная по площади, с искусственным климат-контролем. Меня встретил ансамбль плетущихся, цветущих, пахнущих всевозможными ароматами, манящих своей красотой и формами соцветий, листьев и стеблей, и я немного потерялся в этом пространстве.

Но потом попривык к этой атмосфере. Мы подошли к стеклянному колпаку, под которым сиял большой жёлтый цветок зверобоя.

— Это символ? — предположил я.

— Да, символ здоровья и долголетия. Передаваемый от одного главы рода к другому. Кроме перстня, разумеется. К тому же он даёт жизнь всему, что растёт в оранжерее. Это наше сырьё, из которого делаем целебные экстракты.

— А к чему мы здесь? — поинтересовался я.

— Я хочу, чтобы увидел... что ты помог спасти, — довольно улыбнулся Тимофей Михайлович.

Мы молча прогуливались по рядам, а я любовался разнообразием собранных в одном месте лечебных цветов и растений.

— Мы в своё время хорошо поработали с твоим отцом, — начал Тимофей Михайлович. — Он поставлял нам макры, из которых мы доставали редкий ингредиент для лекарств. Взамен отдавали партии экстракта зверобоя. Очень мощное средство от серьёзных ранений. Хороший был человек.