Возрождение Дракона

— Алексей Палыч, с вами всё в порядке? — Тихон начал потихоньку отходить от автомобиля, протирая грязные руки тряпкой.

— Как ты посмел?! — взревел я.

— Вы о чëм? Что случилось? — он начал отходить к гаражу.

— Ты знаешь! — ответил я и... бросил в него огненный шар.

— Да что с вами?! — крикнул Тихон, отвечая стеной льда.

Лёд встретил огонь и тут же взорвался, подняв в воздух облако пара. Я включил замедление времени и обошёл завесу.

Я увидел Тихона. Он убегал в гараж.

Когда он был уже у ворот, я нагнал его. Сгрёб за шиворот, и тут же сформировал простейшее огненное лезвие.

Потрескивающий пламенем кинжал замер у его ошарашенного лица.

Почему я колеблюсь? Что мне мешает воткнуть его прямо в глотку этой продажной сволочи?

А затем я услышал в голове голос Искры:

— Постой. Дай ему шанс.

— Он меня предал! — ответил я мысленно дракоше.

— Сначала выслушай. И если это так, я даже слова не скажу.

Мы сидели на земле, подпирая спинами кузов автомобиля. И пили односолодовый виски, будучи уже под хмельком.

Я сделал глоток из наполовину початой бутылки, и протянул её Тихону.

К этому времени он уже успел рассказать, что всегда работал на Драконовых, честно и добросовестно.

В тот момент, когда мы с Прохором вернулись из колонии, к нему подошёл один из тукановцев. Сказал, что заплатит хорошие деньги за информацию о моём передвижении и дальнейших планах. Он отказался.

— Тогда они взяли мою семью в заложники, — глотнув виски, продолжил Тихон. — И сказали, что сестре и матери будет очень больно, если не начну сотрудничать.

Я тогда пытался всё исправить, договориться с несколькими знакомыми о том, чтобы вытащить родню. Все к кому я ни обращался, лишь крутили пальцем у виска. Никто не хотел связываться с Тукановыми и Бычковыми.

— Твои родные всё ещё у них? — посмотрел я на Тихона.

— Да, — Тихон сделал ещё один внушительный глоток из бутылки и передал её мне.

— Почему сразу не сказал?

— Не так уж тесно мы общались с вами, — печально усмехнулся Тихон. — Какой уж тут может быть откровенный разговор.

А потом, я понял, что уже не смогу это сказать.

— Почему?

— Я всё-таки передал информацию о том, что вы... приехали из рудника с кучей макров. Но лишь потому, что получил вот это, — Тихон вытащил из внутреннего кармана фотографию. — На фото моя сестра.

Я заиграл желваками, увидев девочку-подростка с разбитым носом, парой ссадин на лице и белом порванном платье.

— Сказать вам об этом, означало — признаться в том, что я предатель. И умереть...