Заклинатель боли

Едва заметные нотки фальши, которые я уловил в голосе главы приемной комиссии, очень мне не понравились. Похоже, крысой этот тип был не только внешне.

– Да, все хорошо. Но попотеть пришлось. И если бы не кое-кто, – внимательный взгляд единственного, такого же зеленого, как и платье, глаза опять сфокусировался на мне, – то не исключено, что сейчас мы бы с тобой здесь не разговаривали.

– Что вы имеете в виду? – Валерий Михайлович тоже посмотрел на меня. Но с презрением.

– Ты, дружок, появился очень вовремя, – обратилась ко мне Елистратова.

– И здорово помог мне. Я благодарю тебя за это и хотела бы узнать, как тебя зовут и какими судьбами ты вообще оказался здесь.

– Я Алексей Петров, – с легким поклоном представился я. – А в академию пришел узнать насчет поступления. В этом году я заканчиваю школу и хотел бы пойти учиться туда, где готовят магов, поскольку во мне есть дар. Но, к сожалению, – я перевел взгляд на Валерия Михайловича, – я не прошел проверку.

– То есть? – Екатерина Викторовна нахмурилась и тоже посмотрела на главу приемной комиссии.

– Валерий Михайлович, объяснитесь.

– Все верно, – произнес тот, явно чувствуя себя не в своей тарелке, и ожег меня злым взглядом. – Мы с Петром Андреевичем провели процедуру проверки потенциала. У этого юноши он почти на нуле. Хорошего мага из него не получится, к моему глубочайшему сожалению.

Ага, сожалеет он. Ври больше, крысеныш.

– А эта ваша электрическая шарманка… – после недолгих раздумий вновь заговорила Екатерина Викторовна, похоже, начиная раздражаться, – точно была исправна? Знаете, как только вышел приказ Департамента магического образования и эта гудящая хреновина появилась у нас, ничего, кроме проблем, я не вижу.

И вообще у меня складывается ощущение, что ее основная задача не измерять, а браковать. Причем браковать несправедливо.

– Тут я вынужден не согласиться, – вновь потея, сказал Валерий Михайлович. Ох и не нравился ему начавшийся разговор… А вот я сидел и наслаждался. – Департамент заботится о том, чтобы отбор юных магов для обучения проходил эффективно и объективно, поэтому…

– Ой, фу, Валерий Михайлович, – Елистратова брезгливо сморщилась.

– Извольте не изъясняться со мной этим отвратительным протокольным языком Департамента. А их методы… В общем, у меня большие сомнения на их счет. И после появления этого боевитого товарища, – зеленый глаз снова уставился на меня, – сомнения только усилились.

– О чем вы, Екатерина Викторовна?

Директриса не ответила.