Заклинатель боли

На его двери висела табличка со словом «Директор», и я понял, что красавица в зеленом платье и есть основательница и хозяйка этой академии Екатерина Елистратова. Да уж, интересное у нас с ней вышло знакомство.

Сам кабинет оказался скромным, но уютным. Екатерина Викторовна усадила нас с Евой в кресла, а сама стала заваривать чай. Пока она хлопотала, я невольно изучил взглядом ее фигуру. Директриса была слегка полновата, но это лишь красило ее, добавляя привлекательности.

– Мальчики такие мальчики, да? – с усмешкой произнесла та, видимо, почувствовав мой взгляд.

Я не ответил. Лишь благодарно кивнул, принимая позолоченную чашку с ароматным дымящим напитком, и отхлебнул.

Ох-х, по части приготовления чая Екатерина Елистратова оказалась просто мастерицей. Едва первый глоток проделал путь до желудка, как по телу разлилось приятное тепло и успокоение. Еве тоже сразу стало заметно лучше.

– Итак, – Екатерина Викторовна встала перед нами, уперевшись симпатичной попкой в край стола, но тут в дверях ее кабинета вновь возник мордоворот Игорь.

По-военному лаконично он доложил, что все в порядке, нападавшие мертвы, сотрудники академии если и пострадали, то не сильно, и так далее.

– Спецотряд и следователи уже едут, – закончил он и рукавом вытер кровь, что текла из большой сечки над левой бровью. Использовав каплю силы, я заставил рану закрыться, и здоровяк, ощутив вмешательство, нахмурился и тряхнул головой. – В общем, Екатерина Викторовна, защитились мы благополучно.

– Это хорошо, – задумчиво кивнула Елистратова и помрачнела.

Мордоворот с готовностью кивнул и вышел из кабинета. Однако на его месте почти тут же возник другой мой знакомец – Валерий Михайлович. И выглядел этот крысоподобный бедолага так, что становилось ясно: чтобы привести его в порядок, понадобится далеко не одна чашка волшебного чая, приготовленного Екатериной Викторовной.

– Привет, Валера, – кивнула вошедшему директриса. – Ты как?

Тот неуверенно дернул головой, что означало кивок, глянул сначала на Еву, затем на меня и помрачнел. Я же сохранял на лице каменное выражение и отхлебнул еще чаю.

– Екатерина Викторовна, – наконец выдавил Валерий Михайлович. – Какое счастье, что вы не пострадали.