Первая академия. Том 3

Это был не тот вопрос, который меня глубоко интересовал. Но кое-что приходилось читать и на эту тему.

Буквально в первые дни войны Оболенские пытались захватить завод Демидовых недалеко от Екатеринбурга, но попали в засаду, потеряли много людей и отступили. Затем Демидовы контратаковали, но тоже безуспешно, и конфликт зашёл в тупик. Боевые действия возобновились лишь в конце лета, но тоже не принесли победы ни одной, ни другой стороне, а только неоправданные потери.

Во время моего последнего разговора с Борисом Порфирьевичем я пытался намекнуть ему, что надо опасаться засады, но вряд ли он прислушался к моим словам, тем более, я и сам точно не знал, где и когда она произойдёт.

Многое из прочитанного мной в прошлой жизни давно вылетело из памяти.

Мрачные мысли обуревали меня. Если я нахожусь в группе, которая попадёт в засаду, тогда ещё можно попытаться исправить ситуацию. А если нет? Если трагедия случится с другим отрядом?

И вот я ехал и всматривался в густые кусты, тянущиеся сплошной стеной вдоль гравийки.

Противник мог напасть где угодно. Если Демидовы знают о наших планах и о том, что войско Оболенских уже в пути, проблем не избежать.

Колонна остановилась посреди ровного как стол поля, а точнее, болота, что раскинулось слева и справа от дороги насколько хватает глаз. Вдали виднелись дымящие трубы завода. Там находился город, куда нам очень скоро предстояло войти. По пути на нас никто не напал, но что ждёт впереди, мы не знали, однако даже мне, человеку далёкому от военного искусства, было ясно: городские бои – дело трудное.

Я вышел из машины. Борис стоял рядом со своим большим серебристым седаном и, держа в руках планшет с картой, объяснял толкущимся возле него людям в форме цвета хаки, как будем заходить в город. Среди собравшихся я обнаружил Максима и Машу, узнал и других родственников.

Присутствовали тут и жена Бориса Порфирьевича – светловолосая женщина средних лет, и его сыновья – два невысоких паренька, один из которых походил на отличника, а второй, постарше, носивший короткую бородку – на крепыша качка.

Были два двоюродных брата, с которыми я имел честь познакомиться пару дней назад за завтраком, и ещё пятеро людей мне незнакомых. Все они обладали развитыми печатями и яркими эфирными телами, почти все, за исключением трёх человек, владели стихией огня.

Я присоединился к компании, хотя меня сюда не звали, и тоже стал слушать.

Борис хорошо знал город и обозначил три направления, по которым должна была заходить стража.