Путь отречения. том 2 (I часть) Последняя воля

Едва не сбив его с ног, дочь счастливо засмеялась.

— А мы ждали вас только к вечеру! Мама ушла к Тутами-Тами выбирать поросенка!

— К Тутами-Тами? — едва выговорив, переспросил Параман, любуясь ее синими глазами. — Что еще за скороговорка такая?

Фэй смешно сморщила нос:

— Ты правда забыл? Моя кормилица, Тамира! Я же всегда ее так звала!

Выгнув бровь, Параман не нашел что ответить. События тринадцатилетней давности уже стерлись из памяти, уступив место тревожным мыслям и бесконечным планам.

— Теперь вспомнил, — солгал он, чтобы не огорчать ее.

— А где остальные?

Неопределенно махнув рукой куда-то в сторону ведущей на второй этаж лестницы, Фэй обернулась к Марку.

— Рада вас видеть, — слегка покраснев, сказала она ему и, вывернувшись из рук Парамана, добавила: — Сейчас я их позову. И вашего сына тоже. Вы его не узнаете — они с Парфом сводят нас с ума! Такие сорванцы!

Немного побледнев, Марк кивнул. Он старался не показывать, как тяжело ему было в разлуке с собственными детьми, но Параман, который давно нес такую же ношу, понимал все без слов.

— Я отпишу Аармани, как только все немного успокоится, — пообещал он. — Быть может, на севере о ней что-нибудь слышали.

— Не нужно, — в тон ему ответил Хэмали. — Не буди лихо. Когда настанет время, она сама даст о себе знать. Подождем. Голуби и гонцы — вещь ненадежная, сам понимаешь.

Крики и визг, раздавшиеся откуда-то сверху, заставили их отвлечься. Таща за собой упирающегося и орущего во все горло плотного черноволосого ребенка, Фэй пыталась спуститься с лестницы.

За ней, хохоча так, что по вестибюлю загуляло эхо, спешила Фанола. Она мало изменилась, только немного подросла. Парф, которого Параман все еще помнил круглым и неуклюжим младенцем, стал довольно худым рыжеволосым мальчишкой. Ткнув в бок верещащего Картала, он выкрикнул что-то нечленораздельное и почти кубарем скатился с лестницы, обогнав обеих сестер.

— Твой сын, похоже, ничуть не изменился, — поморщившись, Параман покосился на Марка.

Тяжело взглянув, тот молча повернулся и, выйдя на улицу, быстро спустился, едва не запнувшись на последней ступени.

Чуть склонив голову, Параман задумчиво нахмурился и шагнул следом.

— Подождите минуту, мои дорогие, я сейчас вернусь.

Встав у крыльца, Хэмали выжидающе заложил руку за спину и отвернулся к конюшням.

— Прости, друг, — мрачно сказал он. — Тебе действительно безопаснее остаться здесь. Все, что ты мог сделать, уже сделано, а контролировать своих людей ты сможешь из вотчины. Отдохни.