Путь отречения. том 2 (I часть) Последняя воля

Спустя пару минут послышалось тихое ржание и стук копыт.

— Иди спать, — увидев, что она зевнула, Натан сунул в рот оставшееся печенье и сгреб чашки. — Я сам управлюсь: мне завтра дали отгул.

— Спасибо, — искренне ответила Лирамель, чувствуя, как тяжелеет от усталости голова. — И спокойной ночи.

— Угу.

Поднявшись в свою комнату, она заперла двери и, затеплив свечу, переоделась в ночную сорочку. Завтра ей тоже можно было встать попозже.

Достав из-за ворота цепочку, Лирамель сняла с крестика чехол и, поцеловав сияющее распятие, прошептала слова благодарности.

* * *

Отдав поводья подбежавшему слуге, Параман некоторое время постоял, глядя на обитые толстым черным железом дубовые двери. Четыре ступени, истертые многими поколениями, помнили его совсем мальчишкой. Он не был дома уже без малого десять лет, а жену не видел почти год. Они с Флоран привыкли и к более длинным разлукам, но в этот раз все было по-другому: он действительно мог не вернуться.

Оглянувшись на Марка, с интересом осматривающего светло-серые стены крепости, Параман улыбнулся. Выбор Лирамель, исключая ее решение прервать Род, стал ему понятен: при всех недостатках Хэмали обладал одним достоинством, которое их перекрывало. Он умел быть верным — без условностей, без оговорок. Такую верность Параман встречал лишь в третий раз за свою жизнь.

— Что ж, — нарочито небрежно сказал он, — добро пожаловать в мою вотчину, Марк. Здесь мы какое-то время будем в безопасности.

С сомнением посмотрев на него, Хэмали беззвучно засмеялся.

— Мне напомнить, сколько раз я слышал это за последние месяцы? — спросил он, похлопав ладонью по ножнам.

— Нам просто не везло, — пожав плечами, Параман недоуменно взглянул на дверь. Он послал голубя еще накануне, и было несколько странно, что их не встречали.

— В чем дело? — насторожился Марк, привычно занимая место справа и немного позади. Сжав рукоять меча, он завел покалеченную руку за спину.

— Спокойно, — не поворачивая головы, произнес Параман.

Решительно шагнув к ступеням, он в два шага подошел к двери и толкнул ее от себя. Дверь оказалась незаперта.

— Отец!

Обернувшись, Параман застыл на пороге. Подобрав шерстяные юбки, через двор к ним бежала высокая черноволосая девочка-подросток. Узнав Фэй, он тепло улыбнулся и раскрыл объятия.