Путь безнадежного

Нас никто не будет беречь, напротив, пожертвуют при первом же удобном случае. Потому что наши отряды для этого и создали. Чтобы принести в жертву демонам войны. И если мы даже выживем в первом бою, это всего лишь будет значить, что мы сдохнем во втором или в третьем. Конечно, существует много историй о том, как безнадежных за проявленную доблесть переводили в коронные полки. Рассказывают даже, что многие из них живут сейчас в радости и достатке. Вот только я на своем веку не встретил ни одного солдата или наемника, который бы лично знал хотя бы одного такого счастливца.

Дальше продолжать или достаточно?

– Достаточно, – мрачно ответил ему Рустам. – И что же нам тогда делать?

– Жить. И постараться выиграть в эту твою ло-те-ре-ю.

Рустам посмотрел на него, Гарт был собран и серьезен, он не производил впечатления обреченного человека. Скорее был похож на игрока, твердо решившего обыграть судьбу в неравной игре. Некоторое время Рустам смотрел ему прямо в глаза, а затем медленно кивнул:

– Давай постараемся.

Жизнь того стоит, верно?

– Верно, братец, она того стоит.

Гарт протянул свою громадную ладонь. Рустам крепко ее пожал.

– Гарт, если что… вытягивай мальчишку, обо мне забудь.

– Договорились, – согласился Гарт и лукаво усмехнулся: – Сделаю это с удовольствием, твоя желтая рожа мне уже изрядно надоела.

Рустам слабо улыбнулся в ответ, он знал, что Гарт, несмотря на свои слова, его не бросит и Дайлин тоже никогда его не оставит в беде. А если рядом с тобой есть целых два таких человека, то унывать просто смешно.

Такими их и застал подоспевший Дайлин, улыбающимися и готовыми принять вызов судьбы.

Город встретил безнадежных настороженно. Вооруженные до зубов стражники на воротах смотрели угрюмо. Встретившиеся им по пути в казарму горожане выглядели встревоженными. Люди были растеряны и напуганы, то и дело слышался нервный смех. Стражникам не приходилось кричать, чтобы расчистить дорогу. Увидев солдат, люди расступались сами, прижимались к стенам и провожали их взглядами.

Кто-то, узнав безнадежных, лишь обреченно махнул рукой, но большинство смотрело на них с надеждой. Одна особо сердобольная женщина, посмотрев на заострившиеся от голода лица солдат, всплеснула руками и, заскочив домой, вынесла оттуда целую корзинку со свежеиспеченным хлебом. Хлеб быстро разошелся по рядам, примеру женщины последовали и другие горожанки. Солдат угощали хлебом, вареными яйцами, сыром и даже жареным мясом.