Путь безнадежного

Те, кто его видел, говорят – сражался храбро, в самой гуще. Но что с ним стало, жив ли, мертв ли, то неведомо. Одно ясно – в Лондейл он не вернулся. – Капрал печально вздохнул, видимо искренне сожалея о судьбе молодого графа, и продолжил: – Вот старый граф и осерчал дюже. Всех вернувшихся, кроме коронных копейщиков, приказано примерно наказать за трусость на поле боя. Вот и висит уже на площади десятка полтора вашего брата – безнадежных. Еще два десятка арбалетчиков на рудниках гниет, а копейщиков и не вернулось вовсе, видно, все там остались.

Вот такие вот дела, ребятишки. И если бы не приказ графа каждого прибывшего доставлять к нему, то уланы вас и в город не потащили бы. Вздернули бы сразу, на ближайшем деревце.

– Спасибо, дядя, за откровенность, – медленно сказал Гарт. – А не боишься, что после всего рассказанного мы сдернуть попытаемся?

Младший стражник при этих словах насторожился, копье получше перехватил, но старый капрал и в ус не дунул.

– А куда ты сдернешь, милок? Вся округа заполнена конными разъездами, а с ними целители – дезертиров ловят.

Вот только дезертиров сразу на кол сажают, а здесь пока только вешают. Опять-таки есть шанс на рудники попасть – пожить еще немного. Вот и думай после этого, что лучше?

– Хрен редьки не слаще, – пробормотал Гарт, и Рустам мысленно с ним согласился. Глаза Дайлина испуганно заблестели.

– Не дрефь, прорвемся, – приободрил друга Рустам.

Гарт обернулся и, увидев, какое впечатление произвели на Дайлина слова старого капрала, скривился в усмешке и уверенно добавил:

– А то! И не из таких переделок сухими из воды выходили.

Так что не робейте, братцы.

Дайлин, увидев, что друзья не унывают, немного приободрился. Старый капрал только недоверчиво хмыкнул, а менее сдержанный младший стражник открыл было уже рот, дабы высказать свое отношение к их явно неоправданному оптимизму, но, встретив тяжелый взгляд Гарта, несмотря на копье в своих руках, решил благоразумно промолчать.

На главной площади перед графским замком их встретил сам граф Лондейл со своим целителем. На графе была вороненая кольчуга, и чувствовалось, что, несмотря на старость, носить броню ему привычно.

– Обращаться к графу «ваше сиятельство». Лишнего не говорить, только отвечать на вопросы. Резких движений не делать, проткнем, на хрен, – коротко проинструктировал их суровый сержант из графской охраны.

Низкорослый граф, став напротив них, смерил их взглядом.