Вампиры тут лютые

Нет, ей, конечно, по-своему шло, и она прекрасна во всем, но становилось неприятно от мысли, что из-за него ей приходится терпеть столько невзгод.

Степан не знал, куда именно привел их глава совета, то была маленькая каменная зала, с таким же стеклянным куполом в потолке, как в главном зале, лунный свет лениво рассеивал темноту и добавлял каплю романтики в эту тихую ночь.

- Сегодня мы здесь собрались, чтобы засвидетельствовать союз двух искренних сердец, решивших биться вместе. - тихо начал старейшина, и эхо разносило его полушепот вдоль стен, делая атмосферу ещё более загадочной, - Жизненный путь вампира сложен и тернист, но пока вы есть друг у друга, вы всегда сможете двигаться дальше.

Пусть не придется вам плакать об утрате, путь не придется лить слез в одиночестве, держите друг друга крепко, не оставляйте своей любви до конца. Пусть чувства не утихнут с годами, а разгорятся ещё сильнее, как старейшина, я желаю вам всегда оставаться честными с друг другом.

Доллир едва слышно вздохнул и открыл книгу Священного Писания, над головами Маниэр и Степана медленно кружились маленькие светящиеся пылинки.

- Отныне и на века, сегодня ночь я сочетаю вас браком, и станете вы одним целым до самого конца. Ты, глава рода, тот, кто ведет за собой наш народ, согласен ли оберегать и любить Маниэр больше всего на свете? Больше, нежели золото и власть, больше, нежели других братьев-вампиров своих и самого себя? Согласен ли взять на себя все ее горести, разделить все печали и укрыть от всех невзгод? Защищать, как самое дорогое в мире сокровище?

- Согласен.

- кивнул Степан, делая шаг навстречу Маниэр.

- А ты, дочь клана, готова ли быть рядом с главой рода несмотря на все опасности и лишения, что ждут тебя? Готова ли посвятить себя ему, стать его единственным утешением и отрадой? Готова ли бережно оберегать его сердце, пока он бережет наш народ? Готова пожертвовать собой и умереть, если придется? Отдать жизнь, чтоб лишить его тяжких мук выбора?

- Готова.

- произнесла Маниэр, тоже делая шаг навстречу.

Они взялись за руки, на полу вспыхнул магический круг, подтверждая, что слова искренни. Старейшина опустил книгу на широкую каменную подставку и подошел к ним, доставая бокал.

- Пусть в эту радостную ночь не прольется ни крови, ни слез, и долгий тяжелый путь покажется песней, не будет страданий, не будет пусть слез, не будет разбитых пустых ожиданий.