Князь лавин

Он шел насколько быстро, что слегка запыхался, достигнув покоев Господина Шафрана, и пот обильно стекал у него по спине. Стражники у дверей давно были им куплены, и пропустили его без звука.

Шуань Ю казался вялым и сонным. Он лежал на своей огромной постели под балдахином, морщил лицо от падающего в комнату через широкие окна света. Голос его был глухим. Цао весьма неприличной скороговоркой выложил императору все, что узнал и чему был свидетелем. Он умолял императора немедленно отправить в дом Яншао лучшие " зубы дракона", чтобы немедленно избавиться от страшной опасности, нависшей над империей и над драгоценной особой Шафранового Господина.

- Ты совсем спятил, Цао, - равнодушно сказал он, опуская с постели босые ноги на пушистый белый ковер из шкуры огромного зверя с далекого севера, - Если хочешь избавиться от Первого Министра, придумай историю поубедительней.

- Мой господин, - Цао хорошо улавливал интонации, и понял, что потерпел поражение, - Примите хотя бы это. - он протянул императору амулет.

- Забавно, - император посмотрел на неказистую игрушку в пухлой ладони, однако брать не стал. Губы его брезгливо сморщились. - Не знал, что ты суеверен, как глупая старуха. Убери это.

Цао поднял глаза на императора. Его пробрал зимний холод. Он торопливо пробормотал извинения и попятился к двери, лихорадочно размышляя, успеет ли до вечера завершить все свои дела, - или ему следует бежать из дворца в чем есть. Потому что глаза Шафранового Господина не были глазами, которые он так хорошо знал.

Шуань Ю улыбнулся незнакомой холодной улыбкой, невозмутимо разрезая персик ( они поспевали намного раньше своего срока в императорских оранжереях). Несколько капель сладкого сока попали ему на халат, когда он, нечеловечески сильным и быстрым движением метнул инкрустированный кинжал в лоб склонившегося в поклоне господина Цао, - ту единственную точку, где лобную кость можно пробить одним ударом. Господин Цао умер мгновенно, не издав ни звука.

Крови из раны вытекло совсем немного.

- Жаль, - прошипел император на нечеловеческом языке, - что от стали нет амулетов...

. Он оставил труп лежать на ковре, и хлопнул в ладони. Жажда уже томила его.

Глава 5

Глава 13. Битва на плоскогорье Танг

- Велик тот хан, что простого люда не чурается, - сказал Баргузен, принимая из рук молоденькой жены хана, Зии, чашу с архой. Неторопливо отпил, наблюдая за лицом Чиркена.