Поход самоубийц

Утерев со лба пот, Спайк огляделся и довольно ухмыльнулся. Вокруг него лежали восемь мертвецов, которых он отправил на тот свет одного за другим. На самом же Спайке не было ни царапины. Пнув ближайшего покойника, Спайк проревел:

— И это ваши лучшие бойцы?! Да Бильердские шлюхи дерутся лучше! Мне обещали бой, а не возню со сморчками, что свой член-то в руках удержать не могут!

Большинство зрителей поддержали Спайка радостными воплями, некоторые же — видимо, поставившие на проигравших последние деньги — напротив, осыпали его потоком ругательств и гнилых овощей, которые, впрочем, плюхались в песок, не долетая до цели.

Тяжелые ворота со скрипом распахнулись — и из темноты вышел последний соперник Спайка: ящер, одетый лишь в набедренную повязку и сжимающий в руках костяное копье. Здоровенный, сука — возвышался над Спайком минимум на голову, хотя тот с детства выделялся ростом даже среди грэллов.

Спайк заинтересованно хмыкнул. А вот это уже должно было быть интересно.

Он не дал обмануть себя деланной медлительностью ящеролюда, который медленно сокращал дистанцию, тщательно следя, чтобы солнце всегда било ему только в спину. Спайк прекрасно понимал, что при желании эти создания на суше могли двигаться столь же быстро и стремительно, как в родных топях.

Ящер не спешил нападать, явно ожидая, что противник начнет бой первым. Спайк, разгоряченный пролитой кровью, от которой дрожал не только он, но и горячий полуденный воздух, не стал разочаровывать двуногую лягву со зрителями и бросился в атаку.

Топор Спайка просвистел в волоске от морды ящера, чуть не расколов ему череп. Тот же в ответ ушел в сторону и взмахнул хвостом. Проклятье! Спайк лишь каким-то чудом успел отпрыгнуть назад. Еще одно преимущество рептилий — лишняя конечность не только помогала им ловко плавать, но и могла переломать ноги одним мощным ударом.