Поход самоубийц

Когда у тебя впереди гребаная бесконечность, бесконечные интриги меж демонов вызывают лишь скуку, а убиение смертных и пожирание их душ уже не приносит былую радость, необходимо дорожить любой возможностью хорошенько поразвлечься.

Вот только у Базузу были свои представления о веселье.

Что ж, теперь-то наконец можно было заняться делом. Базузу сегодня крайне везло и дух шамана нашелся практически сразу. Видимо, колдун и мысли не держал о том, что кто-то может попытаться отыскать его на Той Стороне, и поэтому не озаботился заметанием следов.

Завидев вдалеке полупрозрачный корабль, на котором гарцевала ярко-белая светящаяся фигурка, словно бы сотканная из света, Базузу взлетел как можно выше, а после спикировал вниз, на лету выпуская когти и раскрывая пасть.

Занятый контролем кракена шаман заметил несущегося на него демона в самый последний момент и пытался было поставить защиту, но Базузу пробил ее полушутя, без каких-либо усилий, и вот они оба уже кубарем покатились по палубе.

Базузу удалось едва ли нанести два-три удара, когда шаман-таки смог отбросить его в сторону и подняться на ноги. Выглядел он не очень: из рваной раны на живот свисали какие-то нити, левая рука лишилась шмата мяса. Однако Базузу не терял бдительности. Колдун, подчинивший своей воле кракена, древнего духа морских глубин, был опасен даже в таком состоянии.

— Мои предки выпьют за меня чару, когда я развоплощу тебя, мерзкое отродье, — прошипел шаман.

— Пожалуй, после того, как закончу с тобой, навещу и их, — ощерился Базузу.

Вокруг ладоней колдуна заплясало пламя.

Базузу же отрастил себе еще пару длинных лап, заканчивающихся кривыми когтями.

И чрез миг они снова кинулись друг на друга.

***

Щупальце обхватило матроса, что безуспешно отправлял в чудище стрелу за стрелой, за талию и подняло в воздух, заставив моряка завопить от ужаса. К нему на помощь было бросились несколько приятелей, но через миг спасать уже было некого. Кракен перекрутил матроса, точно хозяйка, выжимающее мокрое белье, раздался тошнотворный хруст — и останки моряка упали в море, окрашивая темные воды алым цветом.

Вновь дали залп пушки, в воздухе завоняло порохом. Кракен взревел от боли и обрушил на палубу одну из своих конечностей, что проделала солидную брешь и едва не задела Тео, который так и сидел на том же самом месте, закатив глаза. Необходимо было отвлечь чудовище любой ценой, либо же все они сегодня будут кормить рыб.