Дамнат

Сам не зная почему. Поддался грызущему душу демону. Тому самому, Беркуту. Совершенно безвольно, как последний трус. Зациклился на себе, на своей никчемной жизни.

У ручья Иван остановился… и едва взглянув на старика понял, что он умер.

Некоторое время отшельник тупо глядел на уже коченеющее тело, на волокуши, за которым тянулась полоса крови. Затем, боязно озираясь, как побитая собака, побежал прочь. Вбежав в ручей, споткнулся и упал, подняв тучи брызг. Вскочил и снова чуть не упал – течение было быстрым, а дно покрыто скользкими крупными камнями.

Выбравшись, наконец, кое-как на противоположный берег, он понесся что есть силы, не разбирая дороги и не останавливаясь.

Некоторое время Иван как ополоумевший бегал по лесу, пока не остановился, чтобы отдышаться. И только тогда подумал, что может заблудиться. Эта мысль немного отрезвила его. Надо успокоиться. Спокойно обдумать свой поступок.

Ха! Поступок. Убийство – надо называть всё своими именами.

Вероломное убийство.

Иван вновь почувствовал, как волна отчаяния захлестывает его, но усилием воли подавил в себе панику.

Сейчас не время сокрушаться. Он должен жить дальше. Жить с этим, как бы трудно ему ни прошлось.

А не лучше ли покончить с собой?

– Нет! – крикнул он.

Нет. О нет. Только не это. Не для того он прошел через столько испытаний, чтобы вот так жалко окончить дни в безвестной, всеми покинутой глуши. Продолжать жить – это главное. Да, он – убийца. Иван даже приободрился, как ни дико это звучит. Всё стало на свои места.

Вплоть до этой роковой ночи он наивно полагал, что ярлык дамнат приклеился к нему по ошибке. Он жалел себя, старательно искал врагов, зачастую путая это с поиском правды.

Что ж, он плохой парень, изгой. Пусть так. Но он всё равно выяснит о себе всё. От начала до конца. Кто сделал его таким.

Рогволод?

Иван вспомнил мать.

«Я был для нее уродцем, – напряженно размышлял он, прислонившись к стволу дерева. – Я – уродец, но брат… Кто мой брат? Воин? Плевать, он все равно давно мертв.

Но меня превратили в чудовище, в кого-то, кого все боялись. Или я что-то натворил, что-то воистину серьезное, благодаря чему и заработал звание дамната? А потом меня изгнали вместе с монахом. Или не так? Что со мной произошло? Кто я?»

Иван против воли усмехнулся. Ему показалось, что он чуточку приблизился к разгадке тайны собственной жизни, и это принесло облегчение.

– Хватит, – резко произнес он и слова эхом прокатились по лесу. – Надо забыть старика.