Дамнат

Иван лелеял злобу внутри. Молча, тупо, бессмысленно. Тщетно стараясь обратить ее на темного человека. Так было легче. Пусть у него будет враг, даже если это он сам, его скрытая сторона.

Таким размышлениям отшельник предавался уже который день. А Баит, между тем, весь пребывал в делах: рано утром, надев снегоступы, вооружившись топором, луком и короткой пикой, шаман уходил на охоту и неизменно возвращался с добычей: тушкой зайца, либо коростели. Вечером готовил пищу и разбирался в кладовой – это было его любимым занятием.

Там хранилось множество кореньев и засушенных растений. Каждую травинку шаман внимательно осматривал, сортировал и складывал на предварительно расчищенной полке.

А с наступлением сумерек Баит выходил на улицу и подолгу вглядывался в темноту…

И всё это спокойно, безропотно, лишь изредка поглядывая на Ивана.

День шел за днем. Ивану казалось, что он никак не пробудится, а Баит не вмешивался. Наверное, шаман понимал, как нелегко Ивану. Нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что ты… нечто необыкновенное.

Иван и сам это понимал. Он замечал беспокойство старика.

Все чаще отшельник просто пребывал в странном полузабытье. Как сон наяву.

Иван лежит на холодном каменном полу, в центре огромного строения, устремив неподвижный взгляд в куполообразную крышу. Зал наполнен глухим бормотаньем, монотонно вторящим каркающему голосу, периодически выкрикивающему непонятные зловещие слова.

Иван видит костлявые руки, простершиеся над ним. Сморщенный старичок непрерывно что-то шепчет беззубым ртом, проделывая волнообразные пассы.

Окропляет его маслянистой жидкостью.

Голоса неожиданно стихают…

Иван вцепился в волосы и шумно выдохнул. «Приди в себя. Хватит. Так недолго и с ума сойти».

– Баит! – негромко позвал он.

– Да? – отозвался тот.

– Помоги!

Шаман выглянул из кладовой.

– Мне плохо, – признался Иван. – Не знаю, что со мной происходит.

Баит присел на край лавки.

– Я вижу. Но прости, не знаю, чем тебе помочь.

На следующий день старик предложил отшельнику сходить с ним на охоту.

Вооружившись, ясным морозным утром углубились в лес, по тропинке, проложенной за последние дни Баитом. Через полчаса шаман остановился и указал на пересекавшие тропу следы.

– Три или четыре зверя прошло, – сказал он. – Приглядись. Ничего не замечаешь?

Иван внимательно осмотрел их и похолодел. Едва заметные. С подпалинами на снегу.

– Похожи на волчьи, – постаравшись скрыть страх, сказал отшельник. – Только… немного странные. И здоровенные.