Холмы Мастеров l Душа Махабира

Когда сильфиры молоды и полны сил их рог молочного цвета, когда становятся зрелыми, он желтеет и одновременно светится ярче. Перед самой смертью дух течет настолько слабо, что рог выглядит как тлеющая прозрачная бумага с множеством пробелов.

— Папа! ПА-А-АП! — кричала дочь.

(следующее утро)

—Папа, — прошептала Рития. Девочка лежала на деревянном полу возле кровати.

Фин, услышав стук, прибежал к ней, положил на колени. Сильфир заревел, слезы катились, он стискивал зубы так сильно, как мог. Рог юной сильфиры, его дочери практически истлел.

— Папа, чего ты хочешь, — спросила девочка, едва удерживая глаза открытыми.

— Прости, прости, Рития... Я ХОЧУ ВЕРНУТЬСЯ К ТВОЕЙ МАМЕ! — он беззвучно кричал, обнимал ее, прижимаясь к нежной щеке ребенка. Наконец, собравшись с духом добавил, — и к твоей сестре тоже вернусь.

Финланд поцеловал обмякшее тело дочери. Залез рукой в карман пиджака и достал монету.

— Рассейся, — полушепотом сказал сильфир, и сломал золотой диск.

(настоящее время)

Фин открыл глаза.

Он лежал в разбитой скорлупе окаменелого яйца, которое поросло тонкими лианами. Его окружала огромная комната, в центре которой находился квадрат с чистой, блестящей в солнечных лучах водой. Потолок опутывали лианы с фиолетовыми листьями.

Из тени к нему выползла гигантская нага с тремя глазами на лбу, красивое лицо, черные, полупрозрачные ленты на идеальном теле. Широченный хвост, на котором она двигалась будто по воде.

— За один раз, достойно древнего рода Саарт. — сказала она мягким голосом и подползла ближе.

— Тебе более нечего бояться в моем доме. Меня зовут Шакат Нагтааш.

Фин промолчал, он посмотрел на Рюгу. Девушка лежала без сознания в таком же яйце в паре шагов от него.

Сильфир полез в карман за монетой.

— Не стоит! — остановила ее нага. — Это ее испытание, не твое.

— Но она... — начал было Фин, затем с трудом поднялся.

Его тело не двигалось больше недели. Сильфир вывалился на пол из яйца, но собравшись нашел силы, добраться до гона. Она лежала неподвижно.

Живые лозы обволакивали ее тело, медленно перемещаясь вдоль рук и ног. Только теперь Финланд понял, что это не растения а змеи.

Лицо гона дергалось, а глаза под веками бегали как ненормальные. Фин видел Рюгу, когда она только попала в Махабир, ее лицо было живым, щеки мило пухлыми, а тело здоровым. Сейчас от недоедания, жары и постоянных драк она выглядела измученной. Скулы подчеркнулись, под глазами проступили темные пятна, не говоря о шрамах на руке.