Трёхлапая ворона

Что из этого выходит? А выходит то, что Амелии нужно капитально спрятаться. Чтобы выйти из дома, ей нужно быть вне дома.

Знаете, я даже восхищаюсь творением медянщиков. Насколько просто, настолько же и эффективно. Но я знаю ещё один жизненный факт. На каждую хитрую жопу найдется свой штопор. И, благодаря Гальзе, штопор у нас есть.

Когда я вылез из котла, Амелия уже ждала меня. Ее тонкие крылышки заметались, очевидно, из-за волнения.

— Т-ты… все?

— Я все. Сейчас будем тебя спасать. Полезай в котел.

— Ч-чего? – шокированно прошептала Призрак.

— Того. Давай в котел. Это единственный шанс выйти.

— Там горячо.

— Тебе надо посидеть там десяток минут. Справишься?

— Только… только если недолго.

— Не беспокойся, Амелия, – погладил я Призрака по плечу. – Все будет хорошо. Я справлюсь.

— Доверяю тебе, Джаспер, – шепнула она и залетела внутрь котла.

Я же рванул по лестнице вверх. Конечно, вряд ли Призраку повредит недолгое нахождение, по сути, в Инферно, но лучше не затягивать.

До порога я долетел как на крыльях, проигнорировал вопросительный взгляд Афины и смел рукавом снег с порога.

В дерево действительно были вбиты три медных шляпки, причем вбиты так глубоко, что я до этого дня их совершенно не замечал.

Ну а раз я их нашел, то, значит, дело сделано. Я направил Мощь Инферно в руку, контролируя фрагментарное превращение. Полезный навык, которым мне все никак полностью не овладеть, но сейчас что-то вышло. Правая рука раздулась и покрылась чешуей, ногти превратились в когти, в общем, весь набор галгара-нар.

Только в руке. Дальше я просто вонзил когти под порог и что было сил потянул вверх.

Казалось, порог монолитно стоял на месте, не скрипя и не поддаваясь ни на миллиметр, как вдруг через секунду меня словно швырнуло назад, равно как и порог с полуметровыми гвоздями, зелёными и гнутыми. И если я просто с размаху сел на задницу, то порог отлетел куда-то вглубь дома и что-то разбил. Ну и пофиг, в целом.

Внезапно я ощутил на себе взгляд.

Чье-то внимание, мимолётный интерес такой мощи, что жалкие волоски на моем хвосте попытались встать дыбом. Этот взгляд в то же мгновение исполнил старый контракт – все живое, что было в доме, умерло. Каждое растение, каждый таракан, что жил в подвале, каждая спящая на остатках чердака пчела – умерло все. Кроме меня.

Чувство взгляда исчезло.

Я помотал головой, отгоняя мерзкое ощущение смерти, что буквально мимоходом погладила меня. Отвратное чувство.