Три тьмы

И огонь развели в очаге, и воды натаскали и согрели, и постель застелили, и платья мои старые нашлись в сундуках. И все, что намеревалась, я сделала. Но утомило это меня больше, чем бой на берегу. И если бы ночью эрды вернулись и вздумали бы пойти на приступ, вряд ли бы они меня разбудили.

Однако эрды не вернулись ни ночью, ни утром. Об этом я узнала, когда снова встретилась с отцом и его приближенными. Мы поднялись на Круглую башню, откуда хорошо было видно правобережье. Эрдов не было заметно. Народ зато изрядно копошился в недавнем эрдском лагере.

Рыли землю для вала, заодно и для похорон.

— Отстраивать город надо, — сказал Рихарий.

— Палисад строить надо, — возразила я.— И лучше бы не только на правом берегу, но и на левом.

— Сроду у нас не было укреплений на левом берегу, — вмешался Алетрамн.

— И зря. Лучше бы, конечно, вокруг города каменные стены возвести, как в Карнионе, да не успеем мы.

— Зачем? — не унимался одноглазый. — Эрды все равно всегда приходят по воде.

— При короле Агераде, — блеснул знаниями Рихарий, — они пришли по морю на кораблях.

Потом, поскольку Трим с морем не сообщается, протащили корабли волоком и пошли вниз по реке. Но Господь был милостив - в то лето Трим обмелел. Эрдские корабли завязли и прежде, чем язычники сумели вытащить их, наши воины спалили вражьи суда.

— А в этот раз?

— В это раз поднялись на веслах, — сказал Алетрамн. — В лодках.

— Лодок у них было неисчислимое множество, — поспешил уточнить Рихарий.

— Но ведь теперь у них лодок нет.

— Новые построят, — утешил одноглазый.

— Дело нехитрое.

— Могут. Но на это нужно время. А мы за это время сумеем укрепить оборону. И Трим можно перегородить…

Тут подоспел Тьярнан, и пошел у них с Алетрамном разговор о тонкостях осадного дела, о том,что лучше усмиряет нападающих - вар, как в Тримейне, или раскаленный песок, как в Карнионе. Отец не перебивал их, и, похоже, не слушал.

Когда мы спустились с башни, он велел мне пойти с ним в его покои. И сказал:

— Я слышал, ты взяла к себе девчонку.

Одобряю. Ей это на пользу,и тебя удержит от глупостей.

— Только вряд ли у меня сейчас будет время ей заниматься.

Отец пропустил эти слова мимо ушей. Помолчал, отвернувшись, потом внезапно спросил:

— Ты тоже веришь, что я убил Маэут?

— Не верю. Если б это было так, ты бы не оставил девочку во дворце.

— Если б Маэут родила сына, — угрюмо сказал он, — я бы даже признал его наследником. Не так уж редко ублюдки становились государями. Но Маэут и здесь меня подвела.