Отражения

Открыв дверь, Зосиэль замер, вскинув брови, а затем отступил внутрь часовни, пропуская посетителя. Ланн не двигался с места, жрец терпеливо ждал. Пауза затягивалась. Нет ничего хуже неопределенности, правда?

— Да я просто никогда не заходил сюда. Ну, знаешь... — Ланн опустил глаза и почесал шею, чешуя захрустела под ногтями. — Храм богини Красоты. Вдруг я сгорю, едва переступив порог?

— Как жрец Шелин, могу пообещать, что этого не случится.

На первый взгляд Зосиэль остался тем же улыбчивым юношей, который пришел в Язву, чтобы найти своего брата и проповедовать о красоте каждому, кто готов слушать.

Но пережив поход в Бездну, боль потери и разочарование, никто не может остаться прежним. И Зосиэль приобрел способность оставаться терпеливым и говорить мягко и убедительно даже с насмерть перепуганными монгрелами.

— Ну да, ну да... Я просто... — Ланн вцепился ногтями в плечо, — есть одна женщина, она замечательная. И я, кажется, ей нравлюсь. По крайней мере она так сказала... — он сделал глубокий вдох и выдохнул, но это не помогло.

— И вот оказалось, что ходить вокруг нее кругами и молчать гораздо проще, чем... — еще один вдох. — У меня есть план, но по-моему он отвратительный... — он вздрогнул, когда крупная чешуйка засела под ногтем, и отнял руку от плеча, — проклятая чешуя.

Зосиэль поднял руки в умиротворяющем жесте.

— Просто успокойся, Ланн. Я уверен, все...

— Я спокоен! — встряхнув рукой, прорычал он. — Речь всего-то о лучшей женщине на свете и гребаном полуящере.

Что может пойти не так?

Жрец тоже сделал глубокий вдох и выдохнул. Интересно, у него все прихожане такие нервные или только сегодня так повезло?

— Это Храм Любви и Красоты, — медленно проговорил Зосиэль. — И если в наличии второго убеждать тебя бессмысленно, то хотя бы не отрицай, что первого у тебя с избытком.

Часовня оказалась очень маленькой — сюда помещался только небольшой алтарь с украшенной цветами статуэткой Неувядающей Розы да пара скамеек. Шелин была не слишком популярна в землях, раздираемых войной, но Зосиэль сделал все, что смог, чтобы все желающие могли к ней обратиться.

— Дело не всегда во внешности, — мягко произнес он.

— Тебе легко говорить! — проворчал Ланн, стараясь не смотреть на чистую кожу жреца и его сияющие ухоженные доспехи. Как-то так изображают Прекрасных Рыцарей в детских книжках... по крайней мере ни одного зеленого, рогатого или покрытого чешуей Ланн на картинках не видел.