Ледащий

– Меня еще на взвод поставили, – мрачно отозвался Гулый. – Какой я командир? Три года в рядовых ходил. Слушай, Коля, поможешь научить моих как нужно воевать? Мне ведь новобранцев дали из мобилизованных. Стрелять только по мишеням умеют, а больше – ничего.

– Хорошо, – пообещал Несвицкий. – Созвонимся на днях.

На этом разговор и завершился – в зал вошел оркестр, и под лепными сводами зазвучал гимн Нововарягии. Следом почетный караул в составе взвода внес в зал знамя молодой республики – бело-желтый-черный флаг на красном древке.

– Главнокомандующий вооруженными силами республики Георгий Станиславович Качура, – объявили по трансляции.

В зал вошел мужчина лет пятидесяти, высокий, стройный, в мундире при погонах, где на поле, расшитом золотыми нитями, красовалось по одной звезде. Главнокомандующий был в невысоком чине – всего лишь генерал-майор. Да и его он принял по настоянию Собрания Республики, поскольку капитану командовать войсками было как-то несолидно.

– Господа! – обратился к ним Качура. – Сегодня по поручению Собрания Республики я вручу награды тем, кто отличился, защищая страну и наш народ. Живым и родственникам павших. Из уважения к памяти погибших с них и начнем…

Церемония не затянулась. По трансляции объявляли очередное имя, к главнокомандующему подходила женщина – мать или вдова погибшего, и генерал вручал ей красную коробочку с наградой.

Последняя вдова с наградой отошла к другим.

– Для получения награды приглашается Георгиевский кавалер прапорщик Гулый! – объявили по трансляции.

Владислав отправился к главнокомандующему и в последние пять метров неуклюже ударил строевым. Несвицкий вздохнул, на это глядя. А что поделаешь – шахтер. В лаве строевым не ходят, а в батальоне ополченцев, как видно, этому умению не уделяли много времени.

Гулый, вскинув руку к кепи, доложил, что прибыл. Главнокомандующий прикрепил к его мундиру орден. К удивлению, Несвицкого, тот представлял собой не крест, а четырехконечную звезду из золотистого металла с медальоном в центре. Получив награду, Гулый повернулся к залу и снова вскинул руку к козырьку.

– Служу республике!

– Встаньте рядом, прапорщик, – велел ему главнокомандующий. Гулый подчинился.