Чернобуров: Новая жизнь

Я встал и оглянулся на поместье. Несколько выбитых окон, опаленная крыша, и это не считая разгрома внутри и снаружи. Передний двор превратился в дымящееся, покрытое воронками поле.

— М-да... — протянул я. — Кажется, прием придется немного отложить.

Костя, опуская карабин, взглянул на меня как на сумасшедшего, а потом рассмеялся.

— Ты прав. Зато у нас будет свежий ремонт, чтобы показать гостям!

— Правильно. Во всем нужно искать хорошее, — я позволил себе улыбку. — Будь добр, сходи в убежище и скажи, что мы победили.

— А ты?

— Узнаю, как там Богдан Богданович. И пообщаюсь с выжившими, — хмуро добавил я и пошел вперед.

Богдан получил ожоги и, похоже, сотрясение мозга, но в целом был в порядке. Мокрухе прострелили плечо, однако боец оказался не промах: просто забил рану каменным, так сказать, тампоном и продолжал сражаться. Иволгин был истощен, но невредим. Что касается охранников поместья, в живых осталось трое. Отряд полиции тоже понес потери убитыми и ранеными.

Ночка предстояла долгая.

Бандитов допросили, и те в один голос сказали, что это Фарух повел их за собой и приказал напасть на поместье. Фарух, тот самый маг огня, к сожалению, погиб. Почему к сожалению? Потому что я рассчитывал разок взглянуть ему в глаза перед тем, как его отправят на расстрел.

Но не страшно, впрочем. Смерть и так настигла пироманта. Что до его людей, то скоро они отправятся следом. За организованное нападение на дом аристократа наказание только одно — казнь.

За ночь в поместье наведалась еще куча людей: лекари, работники морга, следователи, родня Иволгина, Алла.

Даже начальник полиции и Тимофей Тигров пожаловали. Последний, осмотрев выгоревший двор, покачал головой и сказал:

— Не хочу злорадствовать, ваше сиятельство. Но то, как вы обошлись с поместьем Боровиных, вернулось к вам. Хорошо, что не пострадал никто из семьи!

— Шутите? Я рад, что они пришли ко мне сами. Не пришлось вылавливать по лесам в Орешково. Кстати, Тимофей Александрович, скоро мы организуем прием.

Буду рад видеть вас.

— Прием? — Тигров поднял брови, глядя на разнесенное огненным шаром окно. — Здесь?

— Конечно, — кивнул я. — Мы пришлем официальное приглашение.

Племянник князя не нашелся что ответить. Попрощался и как-то спешно уехал. Неужто его так поразила моя невозмутимость? Или он решил, что я буду рвать на себе волосы и причитать о разрушениях?

Подумаешь. Как сказал сам Тигров, главное — что не пострадал никто из семьи. Погром не беда.