Пламя смерти

– Долго нам ещё? – поинтересовался Дилль, карабкаясь по крылу.

– Нет. Скоро начнутся сумеречные земли, где живут твои дружки – бледные клыкастики. А там и до Запретного предела недалеко. По Запретному пределу ещё столько же, и мы на месте. Ну, вы долго там? Взлетаю.

Аид одним прыжком оттолкнулся от земли, взмахнул мощными крыльями и взлетел. Дилль уже успел привыкнуть к такому способу взлёта, а потому лишь покрепче схватился за жёсткий спинной гребень дракона. Зато Гунвальд выругался на Аида – от души, но тихо-тихо.

Дилль понял, что они достигли сумеречных земель, когда солнечный свет потускнел. И дело было вовсе не в том, что близилось время заката. Сверхмощная магия Единого, создавшего Запретный предел, закрывала доступ к некромаговскому порталу любому живому существу, и побочным результатом этой защиты являлась кромешная темнота в самом Запретном пределе и сумерки вокруг его границ. Каршарец не замедлил удивиться произошедшей перемене, и Дилль, как сумел, объяснил Гунвальду.

– Подожди, – прокричал ему Дилль, – вот когда доберёмся до Запретного предела, там совсем темно станет.

Когда они пролетали над Григотом, и Дилль, и Гунвальд проводили вампирский город глазами, но не стали просить дракона высадить каршарца. Аид ведь ясно дал понять, что он торопится. Сначала нужно дать имя новорожденной королеве, после чего дракон обещал вернуть их в обитаемые земли. Тут Дилль тихонечко вздохнул – по возвращению в Тирогис ему предстоит выслушать о себе от Илонны немало нелестных эпитетов за то, что он не взял её с собой.

– Что случилось? – в один голос заорали Дилль и Гунвальд.

– Внизу, – проревел дракон.

Дилль свесился вниз и разглядел толпы вооружённых людей, неспешно бредущие с юга на север. Аид опустился так низко, что Дилль даже успел разглядеть – идущие внизу люди… вовсе не люди.

– Зомби! – заорал он. – Хивашские зомби!

За его спиной выругался Гунвальд, впервые увидевший такое количество поднятых мертвяков. Зомби двигались, как саранча – Дилль не видел, где заканчиваются ряды мертвяков. Зато он очень хорошо разглядел всадников, ехавших по бокам толпы. Живые хивашские воины явно не опасались своих мёртвых союзников, хотя и не приближались к ним.