Последний из Цитадели

И это знание было отпечатано у него на лице. Крупными буквами.

Он оскалил зубы.

— Хочешь покаяться, сын мой?

Сержант побагровел. Он был готов взорваться, и его рука уже тянулась к мечу. Но странная уверенность псевдомонаха, властность в его голосе... Какое-то время он выжидал, пытаясь понять, что за сила скрыта за этим странным парнем в монашеской рясе и со сталью во взгляде. На что он рассчитывал? Положить всех шестерых вооруженных до зубов кнехтов? Или...

— Лестер, что ты с ним возишься?! Позволь я выбью из него дурь!

Один из воинов выхватил меч.

Сержант едва заметно кивнул.

— Давай, Берн. Только смотри в оба. Этот паренек не прост.

— Я тоже не монахиня!

Наемник бросился вперед, пинками отшвыривая с дороги стулья. Рикерт взвесил в руках посох. Толстый, в кулак толщиной, он был опасен и без железа, с оковкой же... Тяжелый конец смял лицо кнехта в лепешку. Судорожно вздохнув, Берн осел на пол. Рикерт взглянул на окровавленное навершье посоха. Легче было только таракана раздавить.

Но это было правильно. И он готов был убить их всех.

Зазвенели, покидая ножны, клинки, загромыхали столы и стулья — воины расчищали место для боя. Глаза сержанта побагровели.

— Ты сделал ошибку, парень, — процедил он. — Ты убил не просто моего человека, ты убил человека Маркуса.

Он потыкал пальцем в герб на груди — идущего на задних лапах золотого леопарда на голубом фоне.

— Ты хоть понимаешь, что ты преступник? И мертвец, ибо за убийство воина барона полагается смерть.

Посредством четвертования. После, конечно же, трех дней пыток. Но Курт Лестер — это я — человек добрый, мои люди тому свидетели. Я казню тебя прямо здесь.

— Значит, без пыток и мучений? – усмехнулся Рик.

Лестер ощерился.

— Если получится.

Рикерт с улыбкой оглянулся. К нему заходили с трех сторон, и только четвертый кнехт почему-то остался возле сержанта. Этот вообще выглядел странно — оружия не вытащил, а взгляд был, в отличие от прочих, совершенно трезв.

— Воины барона, говоришь? — Рикерт скривил губы.

— Какие вы воины? Вы просто бандиты. Бьюсь об заклад, еще вчера, а скорее всего, и сегодня вы грабили на дорогах.

— Может ты и прав. Но мы люди барона. Поэтому закон это мы. А бандит это как раз ты. Поэтому...

Он взмахнул рукой, и его люди бросились в атаку. Рикерт ощутил, как кровь словно вскипела в его жилах. Все оказалось очень легко. Шаг в сторону, свист клинков, хруст костей, снова шаг, снова свист и хруст.