Последний из Цитадели

— А правду говорили, что он в одиночку разогнал целую армию демонов?

— Армию, ага, — снова усмехнулся Старший. — Чего только не говорят, слушай больше.

Рон широко осклабился и, подойдя к костру, загнал свой меч в землю. Курт Младший с восхищением уставился на здоровенный эспадон, раз в несколько толще обычного.

— Не дает покоя слава Проклятого? – насмешливо заметил Дэн.

— Хорошо берет особо толстых. Впрочем, твоя зависть понятна. Тебе и поднять-то его – подвиг.

С места подскочил Курт Младший.

— А мне, можно мне попробовать?

— Попробуй, — кивнул Рон.

— Младший, — укоризненно покачал головой Курт Старший.

— Дядя?

— Тебе скоро двадцать, пора быть серьезнее.

Курт Младший вцепился в меч, рванул изо всех сил на выдохе,выронил и отшатнулся с побагровевшим лицом.

— Фухх... Дядя, я и так серьезен... Говорят, почти такой же меч был у Проклятого.

— И близко не такой, — презрительно отозвался Дэн.

— Парни, хватит уже о нем, — нахмурился Курт. – Никто не принес столько вреда Охотникам, как тот ублюдок.

Тем временем Курт Младший снова взялся за эспадон. Пару раз меч с шипением очертил широкую дугу над костром, на третий раз вырвался из рук и бухнулся в огонь, взметнув сноп искр. Охотники с ругательствами отскочили в разные стороны.

— Курт! Уйми же ты своего младодурка! – рявкнул Дэн, выразив общее мнение.

— Да все-все, понял я. Сам ты младодурок, – огрызнулся Курт Младший.

Вытащив из костра меч, он воткнул его в землю, устало опустился рядом.

— Да, дядя, — признался он, вытирая пот. — Теперь я готов поверить.Такой штукой не особо поработаешь. Что уж говорить о Проклятом.

— Ничего, не расстраивайся, — с усмешкой сказал Рон. – Нагуляешь еще силу-то. Сила – она ведь в волосах укореняется, спроси Дэна. Подзарастешь чуток, сила-то и появится.

Рон слегка толкнул Дэна в плечо.

—Я прав, волосатый? Как говорится, чем волосы гуще, тем сила пуще!

Черный Дэн коротко хохотнул, окинул взглядом насмешливое лицо Рона.

— Все тот же дурацкий меч, все те же дурацкие шутки. Вот только ты в одном ошибся, Рон, — голос Дэна посерьезнел. — Меня больше нельзя назвать волосатым.

— Что так? Бабы выщипали что ли?

Черный Дэн распахнул рубаху, и Рон невольно присвистнул. Грудь Дэна отливала розовым цветом свежезарубцевавшейся плоти. Рон сдвинул брови.

— Инквизиторы?

Дэн кивнул.

— Кто тебя вытащил? Герцог Рупрехт?

— Да.