Мантра тысячи смертей

сражение, — выдавила из себя Аша, воздуха в легких не хватало, дыхание было горячим, а язык намертво прирос к небу.

— О, так ты еще можешь говорить? Прекрасно! Еще круг! — прикрикнул учитель. Аша сжала кулаки и готова уже была использовать последние силы, чтобы метнуть один из камней под ногами прямо в голову ленивому учителю. Тут из дверей показалась заспанная тетя Лелани. Дети заулыбались, наивно ожидая, что она спасет их от кары учителя или хотя бы даст воды.

— Что происходит, почему вы стоите? — недоуменно спросила тетя.

От любимой тети они такого не ожидали. Дети заныли, осторожно разворачиваясь и медленно плетясь в сторону базара. Им в спину полетели обидные ругательства учителя, который продолжал издеваться над детьми, называя их навозными свиньями и бледными червями. Со стыда и злобы дети побежали быстрее, только чтобы не слышать противный голос Рави.

Под вечер, когда их ноги уже практически не двигались, а в легких скопилось больше пыли, чем воздуха, дети кое-как добрались до родного дома.

— Никуда не годится, — нарочито громко проговорил учитель Рави. — С такой выносливостью на арене делать нечего.

— Не думала, что они такие слабые, — тихо ответила тетя Лелани, стараясь не смотреть на детей. У тех были заплаканные, грязные лица и они просто искали хотя бы немного поддержки, но, похоже, ничего такого дома их не ждало.

— Пятьсот приседаний каждый. Кто первый сделает — первым сядет за стол, — безразлично проговорил учитель, указывая на место перед собой. Он предлагал встать перед ним и приседать столько раз, сколько у детей в голове не укладывалось.

— Я бы на вашем месте поспешила. Учитель Рави сходил на рынок и купил свежего мяса и овощей, — как бы невзначай проговорила Лелани, вставая со скамейки и уходя в дом. Из открытой двери потянуло каким-то, давно забытым запахом.

— Мясо, — от одного слова у Аши скрутило живот, а сердце забилось так часто, будто она увидела перед собой диковинный деликатес, о котором мечтала всю свою жизнь.

После этого запаха все мысли вылетели у нее из головы. Девочка тут же оказалась перед учителем и начала приседать, не взирая на боль, усталость и тело, которое отказывалось двигаться. Тетя начала готовить, запах превратился в насыщенный и наваристый, девочка начала двигаться еще быстрее.

Учитель что-то говорил, но она уже не слышала.