Морозов. Начало.

Это вывело из себя Штефана и тот накинулся на меня со шпагой. Естественно, я не стал стоять как баран на бойне и схватился с ним, но... Я был слишком пьян. Фон Штефан использовал магию, хотя речь шла о дуэли по кодексу стали, и обжег мне часть лица. Ну и сразу проткнул мне лёгкое... А дальше они сочли меня мертвым и сбросили в кусты. Кто-то из присутствовавших, вероятно слуги, ещё и ограбили меня.

— Пока я не вижу, как бы ты мог выжить, — поднял точеную бровь отец моего тела.

— Мне повезло — фон Штефан, как и его люди, и сами были пьяны, а потому не удосужились как следует проверить моё состояние.

Придя в себя, я от страха и боли припомнил всё, что знал о лечебной магии и сумел сам затянуть раны. Ну и к тому же у меня при себе был флакон со слабым зельем исцеления — рассчитывал использовать его, что бы справиться с похмельем, но оно впервые пригодилось мне по назначению. К счастью, мародеры его не обнаружили, так что я здесь, живой и почти здоровый.

Андрей Александрович немного помолчал, пережевывая десерт.

— Что ж, понятно. — глава прервал молчание — Меня совсем не радует произошедшее, у нас и так натянутые отношения с фон Келлетами. С Дитером фон Келлетом я поговорю, думаю он также ждёт этого разговора, чтобы всё уладить, у него также нет желания развязывать войну, по крайней мере прямо сейчас — ни мы, ни они к ней пока не готовы. А ты....тебя мы отправим подальше отсюда. Проступки надо исправлять. К тому же, чтобы избежать лишних стычек с этим твоим Штефаном лучше способа не найти.

А отправлю я тебя на службу. Скажем, в Барабинск, послужить Его Величеству Императору и Родине.

— Отец...- начал было возражать Александр

— Не перебивай меня, когда я говорю, Саша. — повысил голос глава рода на первого сына.

Отец снова принялся за десерт, я же молча смотрел.

— Ты не бойся, там тебя всему научат, — снова продолжил отец, — Научат быть мужчиной, приучат дисциплине и ответственности за свои слова и поступки. И, если ты действительно чего-то стоишь, если в тебе хоть сколько-то сильна кровь Морозовых — вернешься оттуда возмужавшим, опытным воином, достойным моей фамилии.

А если нет — там же и сгинешь. На этом все.

— Да, отец, — ответил я.

— Есть какие-то вопросы? — спросил он.

— Никаких, отец.

— Что-то быстро ты согласился со своей участью — сказал Андрей Александрович, прищурившись.

— Я едва не погиб из-за своей слабости, невнимательности и глупости, — ответил я, изобразив задумчивость.