Не грози Дубровскому! Том 3

Час назад здесь сидел человек, любящий исключительно самого себя и власть, а теперь его нет, как будто никогда и не было.

На улице стало темнеть, и я решил, что пора возвращаться домой. Миша вышел меня проводить, и мы тут же наткнулись на встревоженную Аксинью.

— Михаил Евгеньевич, позвольте, — служанка попыталась протиснуться в кабинет покойного отца, но Миша преградил ей путь.

— Отец немного перебрал с алкоголем и лёг спать. Просил его не беспокоить. Сами понимаете, мёртвый сын воскрес. Такое не каждый день случается, — уверенно заявил Картаполов, смотря служанке в глаза.

Служанка ощутила перегар, исходящий от нас, и, понимающе кивнув, ушла.

Миша вызвал водителя, а когда я сел в машину, сказал:

— Спасибо, — такое маленькое слово, но в его глазах читалось всё, что он хотел сказать.

Малолетний тиран умер, родился новый Михаил Картаполов. Больше прошлое не сможет утянуть его на дно. Впрочем, с внутренними демонами парню предстоит ещё долго бороться. Думаю, он справится. А Лавандова сможет ему в этом помочь.

***

Машина неспеша покачивалась на кочках, подъезжая к моему имению. После того как я побывал в гигантской по своим размахам академии, мой особняк выглядел жалким сарайчиком.

Слева и справа раскинулся пустырь, заросший травой. Эта пустота, конечно, давала ощущение простора в крошечном имении, но определённо добавляла проблем при защите от нежданных гостей. Враг мог без особых усилий приблизится к дому с любой стороны.

— Уважаемый, останови здесь, пожалуйста, — попросил водителя, когда до имения оставалось метров двести.

Выйдя из машины, я потянулся к мане. Из земли под моими ногами появился тонкий корешок, который стал стремительно разрастаться, очерчивая двухсотметровый круг вокруг особняка. От корня во все стороны поползли новые ответвления, от которых поднимались ростки.

Громадный терновый забор шириной в десяток метров разрастался по всей территории. Зелёные листья радовали глаз, а острые шипы обещали доставить незваным гостям пусть и небольшие, но неприятности.

Если бы из прошлого мира я мог забрать все свои растения, то вместо жалкого терновника высадил бы плотоядные цветы или ещё чего похуже.

Вернувшись домой, прошёлся по особняку. Меня не было всего лишь месяц, а внутри всё поменялось. Вот что значит в доме появилась женщина. И не одна, а целых две. Стерильная чистота, новые картины на стенах, в прихожей новый ковёр, даже люстру поменяли.

Степана и Евдакии дома не оказалось.