Запретный предел

Следы его затерялись во время пребывания в Гридехе. Но, если жив, отыщется, куда ему деваться? И тогда король Ниал горько пожалеет, что так обошёлся с сынами церкви.

Архиепископ в ярости выскочил из шатра и отправился к помосту с виселицами. Зрелище пустующих верёвочных петель ещё больше взбесило его. Здесь должны болтаться маги, приспешники магов и просто враги церкви. Но попробуй излови кого-нибудь, когда в твоём распоряжении только пехота и жалких пять десятков лёгких конников, предназначенных для связи с основной армией.

Бронкур вспомнил, что у Ниала есть маги дальней связи, но под Тирогис он их не отправил. Сейчас архиепископ, истово ненавидящий магов и магию, согласился бы терпеть этих еретиков, лишь бы быть в курсе происходящего. Но магов ему не дали. Это ещё один пунктик в счёт к Ниалу.

Тут Бронкур увидел въезжающую в мироттийский лагерь белую карету с большими чёрными крестами на дверцах, которую сопровождало человек сорок всадников, и постарался взять себя в руки.

Наконец-то Тиагед решился нанести визит начальству. Вот же падаль, не мог сразу приехать? Специально ведь не торопился, показывал, как он занят делами церкви – священные костры около мироттийского лагеря, на которых горят враги, день и ночь не гаснут. Если так и дальше пойдёт, то Конклав может и переизбрать предстателя.

Бронкур поспешно удалился в свой шатёр – не хватало ещё показать, что он ждёт прибытия Тиагеда. Он раскрыл толстый фолиант "Жития святых" и сделал вид, что поглощён чтением, хотя не мог разобрать ни строчки.

Вошедший Тиагед замер на пороге шатра, дожидаясь разрешения подойти и облобызать руку предстателя.

– Здравствуй, брат! – улыбнулся Бронкур. – Рад видеть тебя.

Архиепископ Тиагед потянулся к руке Бронкура, но тот подошёл и обнял его.

– Отбросим условности, мы же одни. Садись, рассказывай.

Слегка удивлённый таким радушием, Тиагед уселся в кресло и сказал:

– Вера солдат крепнет с каждым костром, сжигающим еретиков. Клятые маги больше не попадаются, зато пленённых вояк – хоть отбавляй.

– Да, я вижу, что священные костры пылают, – кивнул Бронкур и резко изменил тему разговора: – Скажи-ка, Тиагед, что ты знаешь о Лориссо?

Архиепископ Тилисский с удивлением посмотрел на предстателя.

– Лориссо? Пожалуй, ничего. А почему тебя заинтересовал этот неудачник?

– Я решил, что представитель Кровавой выдры – не лучший король Мироттии.

Тиагед многозначительно кивнул – теперь всё понятно.