Граф Воронцов. Книга II

Снимая перед собой защиту, она резко дернула правой рукой от плеча к ногам. В ее ладони появился хлыст, который со звонким щелчком устремился к папашке.

С каждой секундой, обстановка накалялась. Мне лишь оставалось гадать, сколько маны они на это представление тратили. Только вот зазвучавший голос ворона о том, что папаша, кажется, не видит границ, был тут же подтвержден его яростным выражением лица.

Глаза потускнели, рот был приоткрыт в яростном оскале, а сила... мне пришлось сменить видение, чтобы понять, что сейчас будет.

То и дело переключался от нормального зрения к энергетическому, пытаясь поверить в то, что я вижу.

«Ты можешь видеть зарождение навыка?» — ворон, кажется, был восхищен, — «А повлиять на ход событий сможешь? Он ведь и спалить ее может.»

Это я и без него понимал.

Только по тому, как усиливалась баталия со стороны Олега, можно было со смелостью заявить — он не контролирует агрессию. А Маргарита, судя по всему, понимая, что сейчас будет, лишь сжалась, стараясь нарастить щиты посильнее.

Энергия ее щита была не такой уж сильной, если я все правильно понимал, а огромный шар, который разрастался над головой Олега Викторовича мог серьезно навредить горе-дочери.

Вытянул перед собой руку и начал всасывать эти самые красные нити энергии из его навыка. На удивление — выходило. Возможно, даже, из-за отчаяния, которое овладело мной. Было бы не очень... кхм, красиво, присутствовать при таком нерадостном событии, как испепеление дочери.

Навык, который медленно поплыл к Маргарите, рассыпался об ее щит вместе с ним.

Удивленные взгляды были обращены ко мне. А вот я... меня колошматило от переизбытка чужой силы, мне никак нельзя было ее впитать, просто некуда было, это не смерть врага и не духовная сила, чтобы она могла уйти в дерево.

Аккумулируя ее в другой руке, я сделал, пожалуй, самое правильное — выпустил ее. Только вот не в Вертихвостиковых, а в окно. Рама покинула чат с пронзительным скрежетом, не учитывая даже, звон бьющегося стекла, который раскалился в момент вылета из рамы до тягучего состояния.

Я же, опустошенный от подобного деяния, зашатался, и рывком сел на стул, не без помощи Альбины, которая все это время стояла с открытым ртом.

Это было феерично.

***

Слов благодарности было много, как и мимолетных извинений за представления. Олег Викторович предстал передо мной не только в бандитском «образе», образе «горе-папаши», но и как вполне здравый человек. Если его вообще можно было назвать таким.