Граф Воронцов. Книга II

— Умника! — улыбнулась она, а я в очередной раз поразился, насколько она стала живой. — Тебе вон по той лестнице, — указала рукой на арку в стене в паре метрах от нас, — Спустишься вниз и сразу направо. Надеюсь, вывеску своего кабинета найдешь.

— Угум, — я было пошел в указанном направлении, когда ее рука легла на плечо, заставив меня остановиться.

Последующий поцелуй вызвал лишь удивление. Аля поправила мой галстук и быстрым шагом направилась в противоположную сторону, оставив меня в недоумении.

Странная девка. Очень странная.

Спустившись по указанному направлению, я в скором времени нашел свою аудиторию с цифрой «1» и именем преподавателя на табличке, набрал воздуха побольше и постучался.

Опоздал, как-никак.

***

Мамзелькина прошлась по мне весьма легко. Сначала, конечно, были угрозы в виде наказаний, на всякий вкус и лад, однако, очень быстро сменила гнев на милость. Особенно после того, как заприметила мой пофигизм.

— Все же, Воронцов, вы Герой! — закончила на доброй ноте и запустила меня в аудиторию.

Воробьева очень быстро убрала сумку со скамьи, освобождая для меня место, и села на уши.

Мы то и дело — прерывались, чтобы ответить на вопросы Мамзелькиной, но, зато, очень много обсудили. Точнее, нужное мне.

Николай Воробьев ввиду всех произошедших событий, дал мне некоторую отсрочку на макры, поставку которых мы так и не подписали. Также — поднял за них цену, что несказанно удивило.

— Еще тебе нужно в ближайшее время встретится с ним. — полушёпотом продолжила Катя, — У него есть к тебе серьезный разговор насчет дальнейшей судьбы Альбины и насчет твоего положения в обществе.

— Насчет Альбины я и так многое понял, — подытожил я, — А что с обществом?

— Ну, он предполагает, что ты займешь место Ивана. Он, между прочим, не самая последняя шишка в этом обществе.

Такие темы для разговоров, ну никак ей не шли. Миловидная мордашка и речь про бандитизм и авторитеты...

— На данном этапе мне нужно решить все с поставками и с шахтой, — ответил я, — Насчет своего места... ну, я сомневаюсь, что мне это будет нужно.

Мой ответ ей не понравился. Она попыталась было объяснить, что мне никак из всего того не выйти, но тут начался интересный момент в монологе старухи.

Она начала рассказывать про магов.

Все, в принципе, понимали, что есть как белая сторона, так и темная. Мы, по большей части относились к белой. Темная сторона же — воины изнанки.

То есть — маги, которые действовали в интересах изнанки. Для чего, правда, мало кто мог на это ответить.