Не грози Дубровскому! Том 2

Да, торговец был готов выкупить Шусуву не за восемьсот тысяч, а за сто пятьдесят. Но, чёрт возьми, это всё равно очень солидная сумма.

В середине списка нашёл Отиджа, который ранее напал на мой особняк. За его поимку предлагали миллион и двести тысяч рублей. Вот только попробуй поймай эту образину. Нет, поймать-то можно, но вот доставить его целым и невредимым — задачка не из лёгких.

Помимо грозных тварей, встречалась тут и всякая мелочовка, стоившая от тысячи до пяти тысяч рублей. К слову, вся эта мелочь ютилась за барьерами в дальнем углу помещения.

Поблагодарив продавца, я запихнул прейскурант во внутренний карман пиджака и вернулся на улицу. С минуты на минуту прозвучит звонок, и Гриша освободится. Что ж, придётся немного помучить моего приятеля, ведь без страданий боевых навыков ему не улучшить.

***

Иркутская академия магии.

Картаполов Михаил Евгеньевич.

Михаил сидел в кафе напротив магазина с названием «Питомец на всю жизнь».

— Дубровский. Сволочь... Как же тебя достать? Второй по силе в академии? Серьёзно? И как я должен с ним справиться? Это какая-то злая шутка, — уставившись в окно невидящим взглядом, бубнил он себе под нос.

К столу подошла молоденькая официантка и нежным голоском спросила:

— Вам ещё налить чая?

— Что? Чая?! Да не работает ваш проклятый чай! Кто вообще написал, что он успокаивающий?! От него я прихожу в ещё большую ярость! Уйди с глаз долой, пока не разнёс вашу забегаловку! — выкрикнул Картаполов младший и замахнулся на девочку, что испуганно пискнув и прикрывшись меню, убежала рыдать на кухню.

Закрыв глаза, Картаполов глубоко вдохнул. Досчитал до десяти и снова посмотрел в окно. Дубровский вышел на порожек с довольным выражением лица и отправился в сторону стадиона.

— Я доберусь до тебя. А потом и до своего старика. Будь вы оба прокляты, — шипел парень, сжимая кулаки добела.

Залпом опрокинув в себя чай, он направился к выходу, швырнув на барную стойку смятую купюру.

***

Стадион.

— Широко расставляешь ноги! Да не маши ты так! Соберись! Следи за центром тяжести. Гриша, если будешь так же двигаться в бою — сдохнешь! — покрикивал я на друга, раздавая ему подзатыльники и лёгкие тычки по корпусу.

— Да я стараюсь! — задыхаясь, выплюнул красный как помидор Гриша.

— Плохо стараешься, Оболенский.