Не грози Дубровскому! Том 2

Лунгина едва не запищала от восторга.

— А как его зовут?

Не дожидаясь моего ответа, деревяшка представился сам:

— Гру! — гордо заявил древень, ударив себя кулачком в грудь.

— Как мило! Грунечка! А что он ест? — всё умилялась Лунгина.

— Любопытных девиц и всё, что найдёт.

— Ой, а можно я его покормлю?

— Конечно, делай что хочешь. Но не давай ему макры. Мигом сожрёт. — Всё-таки нужно предупредить девушку о гастрономических пристрастиях моего подопечного.

— Спаси-и-и-и-ибо! — протянула она и убежала к столу.

Елизавета тискала дендроида, а тот и рад был такому повышенному вниманию. Лежал у неё на руках, как король, и тыкал пальцем на блюдо, которое желал отведать.

Танцы закончились, и студенты вновь разбрелись по залу. Кто-то набросился на еду, что-то играл в карты, а кто-то, обняв красавицу, уже покидал вечеринку.

Мне же скучать тоже не приходилось. То подойдёт какой-нибудь дворянин и выразит своё восхищение моими навыками. То стайка красоток, хихикая, пробежит мимо. То Мышкина с Лунгиной начнут бороться за моё внимание.

Елизавета расспрашивала о Гру, Юлия пыталась перетянуть одеяло на себя. А я стоял и смотрел поверх голов. Чёрт возьми, почему чествуют меня? Где Львов? Уж не помер ли он от яда Хуры? По идее, не должен. Но кто знает. Вдруг он аллергик и сейчас подыхает от удушья? Не хотелось бы подниматься на первую строчку в рейтинге таким вот образом.

Краем глаза заметил, как Оболенский, подставив локоть, взял на прицеп брюнетку и вышел с ней из зала. Смотри-ка, а он быстро учится.

Пока витал в облаках, Юлия обиделась на то, что я не уделяю ей внимания, и ушла. Причём как она исчезла, я даже не заметил. Зато на глаза попалась Елизавета, пытающаяся скрыться с приёма, неся в руках Гру.

— Стоять. Ты это куда собралась? Даже не попрощаешься? — полюбопытствовал я, поймав беглянку за локоть.

— Эмм... я... ну... Тут жарко, вот мы и решили прогуляться, — она стыдливо спрятала глаза, надеясь, что я больше не стану мучить её вопросами.

— А если честно?

— Подари мне Гру! Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! — Елизавета подняла на меня свои кошачьи глаза и посмотрела так, что у любого бы разорвалось от умиления сердце.

— Я же тебе говорил. Гру — не зверушка. Он мой друг. И он сам решает, когда и с кем ему быть. Верно? — спросил я и поднёс кулак к деревяшке.

— Гру! — древень кивнул и ударил кулаком в кулак.

— Но, если хочешь, мы можем проводить тебя в номер, — предложил я.