Не грози Дубровскому! Том 2

— Ты видел? Граф Лебедев надеялся жениться на младшей дочери Щукиных, но её руку пообещали Геннадию Ракову. Лебедев с чего-то решил, что Щукина в него влюблена. А ведь она всего-то пару раз ему улыбнулась, — шепотом просветила меня Юлия, подойдя ко мне поближе.

— Ох уж эти гормоны, — хохотнул я.

— Как будто вы никогда не влюблялись? — фыркнула она, посмотрев на меня с вызовом.

— Возможно, я влюбляюсь прямо сейчас, — подмигнул я, заглянув ей в глаза, а после выждал пару секунд, давая ей принять мои слова на свой счёт.

Мгновение — и я уже иду к Лунгиной, скучающей с другой стороны зала. А за спиной уже раздаётся возмущённый окрик Юлии: «Эй! Вы куда?» Пусть теперь поломает голову, думая, кого именно я имел в виду. Её или Елизавету.

— Елизавета Антоновна, составить вам компанию? — улыбнулся и встал рядом с ней так, чтобы видеть Юлию. Мышкина как раз не сводила с меня взгляда.

— Нет, спасибо. Я и так безудержно веселюсь, — подняла подбородок Елизавета, на секунду заглянув мне в глаза.

— О-о-о, я заметил. На вашем каменном лице отразилась вся радость нашего мира.

— Вы пришли поиздеваться? — зло бросила она.

— Отчего же? Я пришёл пригласить вас на танец.

Заиграл вальс, и я протянул Лунгиной руку. Движения в этом танце были точно такими же, как и в моём мире.

— Отказа не приму, — добавил я, подставив ей локоть.

— Какой вы настырный, — констатировала Елизавета и улыбнулась краешками губ.

— Я бы сказал — целеустремлённый.

Мы кружили в вальсе. Елизавета раскраснелась и уже не сдерживала улыбок.

— Дубровский, может, уберёте руку? — смутилась Елизавета.

— Может, — ответил я и улыбнулся. — Но тогда прекратите гладить меня по ноге.

— Что? Да я к вам даже не притрагивалась, — возмутилась девушка.

Я опустил взгляд и увидел, как по штанине карабкается Гру.

— Гру! Гру! — выдал своё мнение древень, забравшись мне на плечо.

— И ты здесь? — спросил я, глядя на дендроида.

— Это твой питомец? — прошептала Елизавета, распахнув глаза от восторга.

— Скорее, друг. Эй, осторожно! Он кусается, — предупредил я, но аристократка меня уже не слушала. Она схватила деревяшку и принялась его тискать. Чесала пузико, гладила по голове. А потом Гру решил показать, что может трансформировать своё тело, превратившись в цветок.