Пепел перемен, Том 3: Песнь войны

– Если б я хотел попасть в подобное место, я б, наверное, в священники подался, – усмехнулся наёмник.

– Полагаю, ты не понимаешь сути, – Асмигар облокотился на ограду. – Видишь ли, даже те, кто подобно тебе шлёт всех богов куда подальше, тоже куда-то попадают. Скажем, совсем не обязательно быть истово верующим, бить поклоны и уходить в монастырь, чтобы после смерти оказаться под сенью Троих и упокоиться с миром. Достаточно просто не быть злобным ублюдком при жизни, помогать ближним и хоть иногда делать что-то безвозмездно и от души.

На последних словах речь бога-странника приобрела ехидный оттенок.

– А то я никогда никому не помогал по доброте душевной?

Асмигар вздохнул, хотя Таринор думал, что богу вообще не нужно дышать. К тому же он только что поймал себя на мысли, что и сам не дышит. Наверное, для мёртвых это неудивительно, но прежде в таком состоянии наёмник не бывал, а потому сравнить было не с чем.

– Да и стоит ли меня судить? – продолжал наёмник. – Жизнь такая у меня… Была.

– И не поспорить, – подмигнул бог-странник. – Признаться, мне такая философия близка как никому. И всё же… Знаешь, что случилось со старостой Бедобором после того, как ты выгреб у него последние деньги?

– Не знаю и не слишком горю желанием знать.

– Но и помощь твоя порой людям боком выходит. Прошлой зимой в Гирланде ты впускал в Красный дом монастырских послушников. На них донесли настоятелю, и им знатно за это прилетело.

– Думаешь, они без меня не нашли бы способа? Уж если и предаваться разврату, то в приличном заведении, а не с портовыми девками, которые за жизнь повидали больше моряков, чем прославленные корабли королевского флота… А Драм с Игнатом? Им моя помощь тоже боком вышла?

– Ох-хо-хо! – засмеялся Асмигар, и Таринору совсем не понравился этот смех.

– Чёрт бы тебя побрал… – наёмник отвернулся, стиснув зубы.

– Но ты польстился на жирный куш. Как тогда, пойдя телохранителем к Эдвальду Одерингу. Мятежникам вообще свойственно делить шкуру неубитого медведя и щедро сыпать обещаниями, которые он обязательно выполнит. Но лишь когда добьётся победы. А если те, кому он обещал, до неё не доживут, так даже лучше! С тобой вообще вышло удобнее некуда: ты ушёл сам.