Орден Небесного клинка

Вместо типографии стоял кинотеатр, на месте школы резьбы по дереву выросли жилые дома, а храм имени Святого Юстиниана исчез, уступив место красивому скверу, оформленному топиаром из кипарисов. Все эти перемены были единственными следами Второй Рельской войны. Альгрид исцелился.

— Остановите здесь, — произнёс Руперт, когда они проезжали мимо рынка.

Выйдя из машины, Руп сразу же уловил аромат свежей выпечки и пряностей. Тут и там покупатели спорили с продавцами о ценах, торговцы нахваливали свои ткани, приезжие пробовали традиционную грушевую настойку, пожилой усач запоздало выставлял туфли на прилавок, а уличный музыкант звенел губной гармошкой.

Руперт направился в самый центр рынка, миновал фруктово-ореховую палатку, обошёл стол со специями, протиснулся мимо мясного прилавка, мимоходом купил папиросы, обогнул стойку со шляпами и наконец остановился у цветочной лавки.

— Господин… Руперт… — послышался запыхавшийся голос Германа. — Помедленней, пожалуйста…

— Ох, я и не подумал, что вы пойдёте за мной, извините.

«Сидел бы, старик».

— Хотите купить цветов?

— Да, сперва заедем на кладбище.

Выбирал Руперт долго. Он хотел взять самые качественные букеты, что были у цветочницы, но ещё дольше он вспоминал. За годы отсутствия младший Свивер совсем позабыл, с чем обычно ходил на кладбище и что покойникам нравилось при жизни.

Долгая возня Руперта хотя бы помогла Герману перевести дух. Набрав целую охапку из пяти букетов, они вернулись к машине.

Кладбище совсем не изменилось, всё тот же кованный забор, высокие прямые сосны и низкий кривой можжевельник. Над дальними могилами висела дымка тумана, а тишину нарушал лишь ритмичный стук дятла.

Руперт быстро отыскал нужный участок. Вспоминать дорогу не пришлось — склеп прадеда всегда выделялся на фоне простых надгробий. Руп направился мимо калиток, миновал ряды старых могил и остановился перед оградой из декоративного камня. Формируя арку, над входом протянулась кованая надпись «Свиверы».

Младший из Свиверов аккуратно уложил цветы на столик и взглянул на прадедовский склеп. В детстве мрачное гранитное сооружение с конусовидной крышей пугало Рупа, он даже никогда не был внутри.

Взяв букет чёрных роз, Руперт перешагнул разом все три ступеньки и потянул дверь на себя.