Я умер и переродился шаманом-травокуром

Последнее обстоятельство очень возбуждало умы подвыпивших мужчин и очень не нравилось завистливым женщинам (то есть всем женщинам... хе-хе).

В это же время, то есть после полуночи, в особняке одного известного графа, Алексея Разумовского, давали бал. Это было крайне занимательное зрелище: аристократ пригласил известных музыкантов, актёров и ловкачей, представил список из полусотни десертов и обещал, что с минуты на минуту в залу явится третий сын императора.

Как и подобает гостям, разодетые в пух и перья люди разбились на группы по интересам и мило болтали.

— Ах, Жозефина, когда ваши родители назвали вас, я возблагодарил небо: лучшего имени и на всём свете не сыщешь, даже если захочешь. Когда я произношу это прекрасное «Жозефина» вслух, сей буквенный набор так ласкает мои уши.

— Милостивый государь, вы такой негодник. — юная прелестница засмеялась, обнажив жемчужные зубы. Именно из-за них — зубов, бородатый дон Жуан и выбрал графиню новым плодом своей безудержной любви: банкир очень любил ровные белые зубы и был готов душу продать за женщину с таким достоинством.

— Вы бы не хотели продолжить наше общение в более приятной... интимной обстановке. Я недавно приобрёл в свою карету замечательный кальян.

— Ох, дорогой Ватичелли, ведь вы, хоть и иностранец, как никто должны понимать, что уединение с молодым человеком ставит девушку в неудобное положение. Ведь вы не хотите этого для меня?

— Что вы, милостивая государыня, у меня и в мыслях не было бросить тень на вашу безупречную репутацию... но ведь согласитесь, если барышня садится в карету к молодому человеку, потому что у него там хранится оригинальный дон Кихот, то это никак нельзя назвать скандалом.

— У вас есть оригинальный дон Кихот?

Наивная малышка попала в сети находчивого гнома-интеллектуала, и беглый взор её уже направился в сторону выхода из поместья, как тут...

— Граф Алексей Разумовский и его друг-иностранец, Лоренц Гелен!

На мраморной лестнице, ведущей на второй этаж, показались двое молодых людей. Первый, более зрелый на вид, был Алексей — одетый в белоснежный вызывающий костюм, он приковывал к себе внимание зрителя.