Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

Вот только энергии у него хватало на пять-семь мощных огненных ударов в день. В пираний он выпустил все десять, поэтому запертому в следующей комнате тираннозавру предложить уже ничего не мог.

Хорошо, что Медея взяла инициативу, а заодно и простенький амулет телепортации в свои руки. Активированный амулет с похвальной меткостью и напутствием «свали на фиг, чупакабра» полетел в тираннозавра, после чего они оба исчезли. Оставалось надеяться, что их зашвырнуло куда-нибудь в мезозой, а не в центр оживленного мегаполиса в час пик.

К третьей по счету комнате товарищи подошли серьезно и вдумчиво. Ведьма и черт вжались в стену по обе стороны от двери и прислушались в надежде определить, с чем теперь придется столкнуться. Из-за стены не доносилось ни звука. Как, впрочем, и предыдущие два раза.

Медея сплела силовую ловчую сеть. Далось ей это непросто. Мало того, что практики такого рода у нее давно не было, так еще страх, гнев и предвкушение в равных пропорциях — ядреная смесь — сильно мешали сосредоточиться.

Панфутий поудобнее перехватил банку с Витьком. Растратив свои силы, он вынужден был заделаться основным переносчиком заразы, то есть Избранного.

— Готова?

— Давай!

Черт распахнул дверь, которая, как и ее предшественницы, была не заперта. За ней товарищей поджидало… разочарование. Натуральное. После двух комнат с опасными тварями никто не ожидал, что придется разбирать груды пыльного хлама. А если предположить, что подобных свалок здесь немеряно, то это будет пострашней тираннозавра.

— Ты точно ничего больше не помнишь? — поинтересовалась ведьма на втором часу археологической деятельности.

— Помнил бы, сказал, — огрызнулся мыш. — И вообще, выпустите меня!

— Перетопчешься, — хмыкнул Панфутий, с трудом разгибая поясницу. — И вообще, пить, Витя, меньше надо, это я тебе как нарколог говорю. Тогда, глядишь, и вспомнил бы чего.

— Ага, как же, — обидно хмыкнул Витек. — Прибереги советы для своих алкашей.

— Это какие? — поинтересовался черт.

— Ну вот, например, приснилось мне как-то, что я женился на мелкой такой девчонке. Настолько мелкой, что в цветке жила.

— Невероятно полезный сон.

— Смейся-смейся, а я потом матушке своей два месяца на глаза показаться боялся. Она спит и видит меня остепенившимся, семейным грызуном. А я еще морально не готов. Не нагулялся.

— Да ты никак провидец, — хмыкнул черт.