Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

Бабушка говорит, это потому что оно жрет очень много энергии и должно регулярно перезаряжаться у магического источника. Еще бабушка говорит, что если узнает, что я здесь бываю, то я неделю не сяду. Не понимаю, чего она волнуется…

Как он там сказал, аннигиляция? Действительно, волноваться совершенно нечего.

—… я ведь хорошо выучил график ока и точно знал, что настоящий избранный почувствует, когда можно приходить. А я очень-очень хотел вас увидеть. Вы ведь спасете маму, правда?..

Так товарищи узнали, что здешний народ уже много лет тиранит злой колдун, живущий в башне Теней.

— Вон там, — ткнул пальцем ребенок.

Издали башня Теней напоминала то ли смотровую площадку, то ли телевышку.

В анамнезе колдуна значились эксплуатация местной экономики, практически полное разрушение экологической среды и массовые похищения людей. То есть официально их под каким-нибудь предлогом забирает местная полиция, но после этого они бесследно исчезают. Именно это и случилось с мамой мальчика.

«Отвратительно», — мысленно прокомментировала Медея и услышанное, и степень своей вовлеченности в эту историю.

— Отвратительно, — будто в ответ на ее мысли прозвучал манерный голос. — Извольте объясниться, Медея Поликарповна. У вас в хозяйстве творится не пойми что, а вы прохлаждаетесь не пойми где!

Голос этот действовал на барабанные перепонки Медеи как звук ножа, скребущего по стеклу, а его обладательница в целом — как красная тряпка на быка.

Вот она, заместитель главы Всеобщей Ассоциации Магов Глафира Павловна во плоти.

Глафира Павловна с самой первой встречи — а было это, о ужас, больше тридцати лет назад — напоминала Медее клубничное мороженое не самого лучшего качества. Из тех, что не на натуральном молоке и с содержанием усилителей вкуса выше Эвереста. То бишь нечто приторное, мерзкое и скользкое.

Госпожа Цуцикова периодически порывалась проклясть грымзу. Но та, во-первых, была в достаточной мере сведуща в колдовском ремесле, а во-вторых, занимала значительно более высокое положение.

А ведь начинали-то вместе.

Медея с Глафирой одногодки, примерно равные по способностям. Вместе сдавали экзамен в Ассоциации на право называться ведьмами и были в тот год лучшими. И, гляди ты, Глафира — заместитель главы этой самой Ассоциации, а Медея — всего лишь старшая районная ведьма.

Радовало лишь одно — реальной власти у Глафиры не так и много. На пакости Медее, конечно, хватает, но и только. Зато обязанностей — полное хлебало.