Пепел перемен, Том 2: Искры на ветру

Серого жеребца и обеих кобыл отвели подальше от дороги и принялись освобождать от седла и остального. Когда с измученного долгой дорогой без полноценного отдыха животного снимали сбрую, оно тут же валилось на бок от усталости.

– Я б сейчас тоже вздремнул, – зевнул Игнат, расстёгивая подпругу гнедой лошади. – Скоро Перекрёсток, может быть, стоит найти там таверну?

– Нельзя, – отрезал Таринор. – Я бы и сам с радостью свалился прямо рядом с бедными лошадьми. Мне тоже хочется спать, но ещё больше мне хочется не попасться людям Рейнаров.

Перекрёсток возник давным-давно. Поначалу здесь был лагерь Эдельберта Завоевателя, откуда он двинул войска на Энгатар, потом тут выросла горстка постоялых дворов на пересечении трактов. А с годами они разрослись до целого городка, где путник мог найти кров, пищу и лошадь и тысячу необходимых мелочей. Это место находилось в самом центре Королевских земель и было под личным контролем его величества, поэтому торговцев здесь ждали повышенные пошлины, чтобы те охотнее везли товары в столицу.

Миновав шумный Перекрёсток, соблазнявший множеством вывесок, что обещали усталому путешественнику мягкую кровать, горячую похлёбку и холодное пиво, участники свежеиспечённого наёмничьего отряда не давали друг другу уснуть разговорами, историями из жизни и простенькими дорожными играми вроде «угадай, о чём думаю». Впрочем, неудивительно, что всеобщими объектами мечтаний оказывались уютная кровать, кружка пива или добротный кусок мяса, а потому играть было не слишком интересно.

За этой казалось бы бессмысленной болтовнёй им удалось узнать больше друг о друге. Так отец Эрниваля, столичный священник, всю жизнь стыдился сына, рождённого вне брака. Рия же увлеклась алхимией вопреки воле родителей. Они считали возню со склянками неподобающим для приличной девушки занятием и стремились воспитать её в духе благородства. Игнат и Таринор решили, как только выдастся свободное время, непременно поднять по паре кружек за Бьорна, их общего друга, а до тех пор вспоминать его лишь добрым словом.

Первое время, когда Игнат вернулся в Дракенталь после отчисления из Академии, Бьорн нередко давал кров худому рыжему юноше, а взамен каждый вечер получал ворох свежих слухов с шумных городских улиц. Таким образом, Бьорну часто удавалось арестовывать воров и прочих тёмных личностей, до которых без него страже и дела не было. Игнат же со своими способностями и старыми знакомствами мог не опасаться, что его подкараулят в тёмном переулке.