Нарушенные догмы

Они ничего не могли противопоставить существу, двигавшемуся со звериной скоростью, раскалывающему ударами деревья и исцеляющемуся от ран в мгновение ока. После этого случая про Константина узнал каждый, и ему больше не было места в своем мире. Один странствующий рыцарь услышал историю про оборотня и решил заработать славы, убив его. За этим рыцарем следил эмиссар Кэллума, рассматривавший его на роль карателя. Он проследовал за ним на родной мир Константина. Рыцарь выследил ликана и напал на него. В тяжелой схватке Константин, несмотря на регенерацию, истекавший кровью, смог вцепиться клыками в шею рыцаря, практически оторвав тому голову.

Эмиссар хотел добить чудовище, но, увидев, как тот, будучи в волчьей форме, аккуратно укладывает тело, передумал. Эмиссар отныне видел в Константине не безумное чудовище, но умелого воина. Более умелого, чем рыцарь, которого он собирался рекрутировать. Эмиссар предложил оборотню новое место во вселенной, место карателя. Недолго думая, Константин согласился.

Эти четверо склонились перед своим господином, который придал их жизням новый смысл. Теперь на поясе Кэллума висел его меч «Кость». Клинок оправдывал свое название, так как и правда был выточен из цельного куска кости некоего загадочного животного. Широкий обоюдоострый клинок венчала гарда, стилизованная под череп, отдаленно напоминающий бараний, с расходящимися в стороны, опять-таки, бараньими рогами. Сайлас называл этот меч «молочным барашком». Никто в присутствии Кэллума не смел даже подумать об этом названии, чтобы не познакомиться с «барашком» поближе.

— За мной, — не останавливаясь, махнул карателям Кэллум и шагнул в портал.

Поспешно поднявшись, они последовали за своим повелителем.

Коэмунд ждал. Коэмунд ненавидел ждать. После странного толчка больше ничего не происходило. Пропала связь с транспортами, которые до этого объявили о срочной эвакуации. В душе Коэмунд даже обрадовался этому. Теперь с чистой совестью можно проигнорировать эвакуацию и отменить позорное бегство.

Рыцари здесь для того, чтобы сражаться. Но что-то останавливало гетмана. Тот толчок не мог быть чем-то маловажным. Нужно разобраться в ситуации, а потом уже мчаться с мечом наперевес.

Рыцари собирались вокруг Ульриха. Их осталась едва половина от изначально высадившегося количества. А сколько из павших потеряно навсегда? Коэмунд не хотел знать. Орудия Веры понесли еще более жестокие потери, но они, кажется, не слишком переживали по этому поводу.