Траки, маги, экипаж.

– Бес попутал, испугались мы сильно, ночью черт те что творилось, вой и рев, крики и вопли, было очень страшно. Староста растолковал их по-своему и мы поверили и сюда за ним пришли, не губи, госпожа Мелина, не за себя прошу, за деток моих несмышленых!

- Ишь ты, как заголосил. – Восхитилась Сегина. – Когда силу почуял, то сразу как шелковый стал. Идите уже домой, видеть вас не хочу.

- Погоди. – Произнес орк, подходя к мужику, который попятился от здоровяка. Орк был по пояс голым и не страдал от утренней прохлады, но не это испугало пейзанина, а то, что на его теле были свежие шрамы, а посередине шел шов, стянутый жилами, которые он сам приносил знахарке.

Значит, орк сам серьезно пострадал и его лечили ночью и раз так быстро встал на ноги, то сопротивляться ему точно не стоит – прибьет одним ударом как поступил со старостой. – Бочку земляного масла нам приготовьте к обеду, мы в крепость обратно поедем, а то загостились у вас тут. И возницу нашего в телегу положите.

- Тут такое дело, - замялся мужик, - возницу мы того, казнили уже.

- Как?! – вскрикнула Мелина. – За что?!

- Ну, он же с орком был и под мороком, а староста сказал… - все тише говорил мужик, опуская голову.

- Выкорчевать бы ваше дебильное гнездо. – Петя обвел всех взглядом, но нашлись и глупцы или тупоголовые храбрецы, которые приняли это за вызов, - да самих вас, дураков, жалко. Валите отсюда, пока я добрый и про бочку с телегой не забудьте. И тело возницы туда же положите.

- Мы его сожгли. – Вякнул мужик.

- Может и мне кого-нибудь из вас сжечь в отместку? – спросил Петя.

- А сожги! – выкрикнула какая-то баба, - вместе с детьми моими сожги, чего тебе стоит, зеленомордый! – Похоже это была баба того самого мужика, что ночью в качестве умертвия прибегал.

Петя не стал церемонится, а снова метнул топор и угодил бабе в плечо. Она заголосила от боли, упала на колени, схватившись за топорище, вытаскивая оружие из тела, а орк уже подходил к ней и толпа испуганных пейзан, тут же растерявших свою храбрость, быстро расступалась перед ним.

Баба из отважной превратилась в затравленного зверька, ее глаза молили о пощаде.

- Язык бы тебе отрезать, чтобы не молол всякую чушь. – Произнес Петя, подбирая топор и стоя посреди толпы. – За каждое слово нужно держать ответ.

- А если это ребенок? – дерзко спросила какая-то молодуха, видно еще глупее, чем эта баба. Ее сразу же затолкали локтями и пинками, заставив замолчать.

- Тогда за него ответ должен держать родитель, раз не научил правильному поведению.