Властелин островов

Тех, кто не подчинится, руби на месте. Действительно, порядок давно пора навести. 

***

Ратуша представляла собой двухэтажное здание примерно так двадцать на сорок метров с одним единственным  входом из светлого песчаника и разбитыми окнами под темной черепичной крышей. Оконное стекло в этом мире давным-давно изобрели и по мере возможности использовали, несмотря на кусающиеся цены. Сейчас эти кусающиеся цены блестели осколками под стенами. Защитники повыбивали рамы и заложили окна первого этажа каким-то барахлом и мебелью.

Туда же один из моих стрелков стрелу с намотанным на нее письмом и  закинул. Чуть позже редкая стрельба обороняющихся прекратилась, а в окне над входом появился знак согласия на переговоры - светлая тряпка.

В общем-то, на переговорах риск был минимален. В ратуше спасались женщины и дети, так что злить захвативших город орков здравый человек бы не рискнул. Соваться в здание, чтобы меня там захватили в заложники, я не собирался, а от стрел моя бригантина была достаточно хорошей защитой.

 К моему легкому удивлению ко мне вышли сразу двое. Высокий бритый мужик лет сорока в дорогой чешуе и без шлема, похоже, что предводитель местных вооруженных сил и мордатый тип с аккуратно постриженной бородой и заметным пузом, в усиленной пластинами кольчуге. Кольчуга смотрелась как дань пивоулавливателю. Я предположил что второй – местный мэр и, что интересно, угадал, когда люди представились.

– Орк, мы готовы выслушать, что ты хотел сказать.

Я повел плечами в доспехах:

– Предложение одно. Вы сдаетесь, а мы вас не режем. Женщины и дети отправляются по домам. Мужчин в клетку. Придется им позже поработать, но ничего личного. Лишней крови не будет. Все ценности, как личные, так и городскую казну – сдадите мне. Коли есть возможность – выкупайтесь, без рабов мы при случае  прекрасно можем обойтись. Кое-кого за имеющиеся заслуги позже отпустим без выкупа. Про всех не скажу, не знаю, как удачно сложится поход.

– Как мы можем быть уверены, что вы нас не обманете? – заволновался мэр.

–  Ты хочешь, чтобы я сказал «мамой клянусь»? – хмыкнул я. – У тебя что, большой выбор? Коли откажетесь, через час вы все трупы. Разве что кто-то из баб и детей возможно в живых останется. Если повезет. Детей не всякий захочет рубить, баб по понятным причинам.