Три легенды

– Проклятье! Тут же всё завалит льдом!

– Град не будет сыпать постоянно. Но я не стал бы выходить из-под крыши, пока небо не очистится.

– Значит, торчать нам тут два дня?

– Или больше.

– Вот же ведьмины ковы! Ты слышишь, Дирт?

– Слышу, – угрюмо отозвался послушник.

Лихт прошёлся из угла в угол. Осмотрел грубый стол и массивную скамью. Попробовал крепость полок, наколоченных вдоль стен. Присел возле очага, сунул руку в давным-давно остывшую золу, поворошил холодные угли, ногой развалил груду трухлявых дров.

– Одна рухлядь.

Паурм пожал плечами:

– Лучшего убежища здесь не найти. Крыша крепкая – это главное. А до ближайшего жилья добираться дня два.

Лихт закончил осмотр, вернулся к лошадям. Испытующе глянул на пленника.

– Что? – встревоженно спросил Паурм, не зная, как истолковать пристальный взгляд прирожденного.

Лихт и сам не знал. Что-то происходило в его душе. В ней зрело какое-то неуютное чувство.

– Ты украл деньги, – сказал Лихт.

– И жалею об этом.

– Это были мои деньги. И его деньги. – Наставник показал на ученика, который, не теряя времени даром и не дожидаясь напоминания, чистил лошадей. – Деньги прирожденных... Но ты не просто обворовал нас. Ты обманул нас. Оставил в дураках. Насмехался над нами. – Лихт сейчас не столько с пленником разговаривал, сколько вслух обрисовывал ситуацию, пытался разобраться в ней. И в своих чувствах.

– Я вывел вас из болота, – напомнил Паурм. – Я спас ваши жизни. Вы же слышали болотника!

– Возможно.

– Я думал, что искупил свою вину.

– Ты говоришь про искупление? – усмехнулся Лихт. – И что это в твоём понимании? Ты вор и вором останешься! – Лихт не понимал, зачем он ведет этот бесполезный разговор с обреченным на смерть пленником. К чему все эти слова? И почему он не может прямо сейчас обнажить меч, взмахнуть им... И выбросить мертвое тело в беснующуюся непогоду.

– Учитель, – позвал Дирт.

– Чего тебе?

– Может, разжечь огонь? Всё чуть потеплей станет.

– Давай, – разрешил наставник.

Что-то мешало ему взяться за меч и покарать преступника.

И вдруг его осенило: он же видит личность в этом грязном страннике! Этот вонючий оборванец, это жалкое ничтожество каким-то образом превратилось в человека. Но почему?! Что случилось?!

Лихт разозлился на себя, на свои нелепые мысли. Но еще больше он разозлился на человека, что связанный сидел возле стены.