Темные Знамения

Следовало бы поинтересоваться, но так резко съезжать с темы на тему посчитал неуважительным.

Взглядом Альдред шарил по полу. Он долго молчал, не зная, как относиться к услышанному, как быть дальше. Понимал только, что жизнь её как инквизитора кончается здесь. А ведь для неё это было важно.

Практик задавался вопросом: ну как, как Свет и Тьма допустили это с его наставницей? Он не понимал, к чему тогда все эти молитвы, если они не работают? Ему было важнее доброе здравие сестры Кайи. Здесь и сейчас. А не её спасённая душа когда-нибудь потом.

– Что будет теперь? – только и выдавил из себя Альдред.

– Завтра я уезжаю. Бумаги уже подписаны. Мой кабинет какое-то время будет пустовать. Петефи ещё надо найти подходящую кандидатуру на замену. Я заберу ассигнацию и личные вещи, поселюсь в гостином дворе «Лазурные Фонтаны». Мне нравится оттуда вид на море. А потом найду корабль… или извозчика, который согласится поехать на север, и умчу на родину.

Она рассмеялась вымученно.

Альдред надулся и стал ходить из стороны в сторону.

– У меня достаточно денег, чтобы начать новую жизнь. Всё-таки я о чём-то мечтала до вступления в Инквизицию. Свет и Тьма прямо говорят, чтобы я вспомнила о мечтах.

Воспитанник закивал. Ему ещё многое предстоит осмыслить. Впредь он один в этой проклятой Башне. Но это потом. Всё потом.

– Мне очень жаль, – проблеял он. Звучало жалко.

– А ты не жалей, Альдред, – легко парировала сестра Кайя, приободрившись.

Проще сказать, чем сделать.

Однако в свете последних известий её слова больше всего напоминали обман. Самообман – в первую очередь. Наставница продолжала:

– Как я уже говорила, мы всего лишь люди. Судьба сильнее нас. И мы живы – это уже что-то. Здесь начинается наша новая жизнь. Порознь, правда. Но… почему бы и не улыбнуться ей в ответ? Обратись к Модричу. Он тебя ждёт.

– Я… мне будет Вас не хватать, сестра Кайя.

– Не сокрушайся, мой милый. – Паря, как таящий в лунном свете призрак, она подлетела к нему и взялась за его лицо обеими руками. Как давным-давно.

Альдред задержал дыхание. Так он лучше чувствовал момент. Момент, который не хотел отпускать в небытие. И всё же, Флэй – человек, да и только. Вечность ему неподвластна, Равновесный Мир не крутится вокруг него, жалкой песчинки в пустыне.

– Я о тебе не забуду. И в конце своего пути ты в этом убедишься.